На Главную  

Манихейская секта: катары или альбигойцы

Но из всех этих сект самой грозной была, без сомнения, секта катаров (чистые) или альбигойцев, манихейское учение и революционная проповедь которых грозила существованию как церкви, так и государства. Вопрос о происхождении этой секты до сих пор остается спорным. Согласно старой гипотезе, она произошла по прямой линии от древних гностических и манихейских сект, которые будто бы всегда имели тайных адептов в Южной Франции и Италии. По другому мнению, она примыкает скорее к павликианам и богомилам, учения которых были занесены на запад переселившимися туда болгарами (Bulgari, Bulgrii Boulgres); этим и объясняется название, которое было дано этой секте и которое, в конце концов было распространено на все другие ереси.
Впрочем, катаров следует представлять себе не как единичную секту, а как более или менее бессвязный конгломерат сходных сект, представляющих, наряду с существенны ми различиями, некоторые общие черты, из которых главной была манихейская вера в два начала - добра и зла. Для не которых катаров эти два принципа были совечны и являлись двумя различными богами: один— добрым, другой - злым; это было почти павликианское учение. Для других, приближавшихся к богомилам, доброе начало было истинным Богом, который сотворил невидимый мир духов и от которого исходил Новый Завет; дурное начало, или Иеговы, был лишь падший дух» сотворивший видимый мир и давший людям Ветхий Завет. Его сын Люцифер соблазнил часть небесных ангелов и заточил их в тела; чтобы освободить этих пленных ангелов, составлявших особый, избранный класс между людьми, сошел с неба другой ангел, Христос, не принявший, однако, ни человеческой природы, ни истинного тела.
Из этих догматов вытекала чисто манихейская мораль, которая сводилась- насколько можно судит об этом при отсутствии сочинений написанных самими еретиками,- к следующим трем пунктам: 1) разделение людей на два класса, из которых лишь один принимает участие в искуплении и может достигнуть спасения, а другой, ввиду своего происхождения от злого начала, не способен к освящению, что освобождало его от всякой нравственной ответственности; 2) отрицание всякой власти, как церковной, так и светской, что подрывало основы общественного строя; 3) наконец, осуждение всего, что стоит в какой бы то ни было связи с материей, произведением злого начала; так, осуждаются употребление в пищу животных продуктов, брак, собственность, почитание креста и икон, сооружение церквей и таинства. Из таинств катары признавали лишь одно - нечто вроде духовного крещения, так называемое consolamentum которое без покаяния освобождало от грехов и которое они совершали, возлагая руки и Евангелие на избранного; в силу этого обряда последний переходил в категорию «совершенных». Дело в том, что катары, подобно вальденсам, допускали разделение посвященных на верующих и совершенных; только этих последних принятое имя consolamentum обязывало жить в полном отречений суровой и безгрешной жизнью. Но так как такая стойкость встречалась редко, то вожди секты стали давать consolamentum лишь на смертном одре; кроме того, для большей верности они часто склоняли больных, готовившихся выздороветь, к медленной голодной смерти; это добровольное мученичество называлось endura. Таково было учение катаров; отвергая всякий авторитет, осуждай брак и собственность, они естественно должны были казаться современникам опасными людьми, грозившими существованию не только Западной церкви, во и самого общества. Альбигойство было не только религиозной» но и социальной ересью; этим отчасти и объясняется та беспощадность, с которой оно было подавлено.
В течение XI и XII вв. альбигойская ересь получает широкое распространение. В 1010 г. манихеи, или катары, появляются в Ажане, в 1022-м - » Орлеане, около 1030-го - в Ломбардии. Отсюда ересь переходит в Германию; в 1126 г. мы встречаем ее в Трирешлгокруге, в 1146-м - в Кельне. Но главным образом она распространяется в Лангедоке, и наибольшее число последователей приобретает среди живого и впечатлительного населения Южной Франции. Здесь катары встречаются с вальденсами, которых иногда ошибочно смешивали с ними; напротив, вальденские проповедники нередко спорили со священнослужителями катаров: их учения далеко не во всем были сходны, и обе секты никогда не вступили в союз между собой. В конце XII в. главным оплотом катаров Южной Франции было Альби (откуда и произошло их наиболее употребительное название - альбигойцы), а их явными или тайными покровителями было большинство южных сеньоров, из которых одни увлеклись их учением, другие боялись возбудить неудовольствие своих подданных, третьи же находили в альбигойстве удобный повод грабить имущества монастырей и церквей. Между этими сеньорами следует отметить особенно тулузского графа Раймонда VI из могущественной семьи Сен-Жилль, которая владела в то время большинством крупных ленов Южной Франции, и Раймонда Рожера, виконта Безье. Альбигойский крестовый поход. Сильные этой поддержкой и организованные в тайные сообщества, альбигойцы начали пускать в ход насилие: несколько епископов было свергнуто с кафедры, несколько аббатов изгнано из их монастырей, несколько священников задушено. Успехи ере си начинали беспокоить курию. Папа Александр III и третий Латеранский собор (1179) приняли строгие меры против альбигойцев. Но первым актом решительной борьбы, приведшей к искоренению ереси, было издание того знамени того декрета, который папа Луций III с согласия Германско го императора Фридриха I внес на Веронский собор 1184 г. Этот указ, направленный против всех ересей той эпохи, предписывал епископам посылать комиссаров в те местности, где они подозревали существование еретиков, для производства следствия (inquisitio) и для передачи виновных в руки светской власти. Так как этот декрет вначале не при вел ни к какому результату, то Иннокентий III решился действовать против ереси с большей энергией, хотя все еще мирными средствами. Тотчас по восшествии на папский престол (1198) он поручил двум цистерцианским монахам, Гюи и Ренье, предпринять обращение еретиков в качестве апостольских легатов; немного спустя он присоединил к ним Петра де Кастельно, архидьякона Магеллонского, кардинала Рауля и аббата Сито, Арно Амори, одного из красноречивейших людей того времени. В 1206 г. папские легаты встретили осмийского епископа Диего, который вместе со св. Домиником проезжал через Лангедок. Доминик, глубоко огорченный успехами ереси, решил соединиться с легатами для борьбы против нее и в течение 10 лет более настойчиво, чем успешно, проповедовал еретикам, не принимая, впрочем, никакого участия в начавшемся между тем крестовом походе.
Так как дело обращения не продвигалось вперед, то Иннокентий III, убедившись в недействительности мирных средств, решил прибегнуть к силе; к этому побудило его еще и следующее обстоятельство. В 1207 г. Петр де Кастельно потребовал от тулузского графа, чтобы он вернул церквам то, что отнял у них; Раймонд VI отказался и был за это отлучен от церкви. В раздражении он - как некогда Генрих II по отношению к Фоме Бекету - неосторожно выразил желание быть отомщенным. Один из его рыцарей тот час погнался за легатом, настиг его в Сен-Жилле (близ Арля) и убил его ударом кинжала (январь 1208 г.). Это убийство было сигналом к крестовому походу. Иннокентий III в свою очередь отлучил Раймонда VI, разрешил его подданных от клятвы верности, наложил интердикт на его владения и предложил их первому, кто их займет В то же время он умолял Филиппа Августа и других христианских государей идти против еретиков, которые, по его мнению, были «хуже caрацин». Итак, начался настоящий крестовый поход. Он продолжался 20 лет, но недолго сохранял свой первоначальный характер. В нем можно различить три фазы: вначале преобладает религиозный интерес; война ведется исключительно против еретиков. Затем к религиозному интересу примешивается политический интерес, что подвергает риску полученные результаты. После Латеранского собора (1215) этот политический интерес становится преобладающим, и крестовый поход превращается в династическую войну, которая, в конце концов, оказалась выгодной для Франции, ноне принесла никакой пользы церкви. Рассмотрим вкратце эти три фазы войны. Воззвание Иннокентия III было услышано: крест приня ли многие рыцари Северной Франции - герцог Бургундский, графы Невера, Оксерра, Сен-Поля, Фореца и Жене вы, граф Монфорский Симон, немецкие сеньоры и, что особенно замечательно, несколько сеньоров Южной Франции. Их сопровождало множество епископов и аббатов; главное управление крестовым походом папа вручил своему легату, аббату Сито. Филипп Август, которого Иннокентий III пригласил стать во главе крестоносного войска, отказался; до конца своей жизни, несмотря на многократные увещания с разных сторон, он строго соблюдал нейтралитет. Впрочем, он позволял свободно проповедовать крестовый поход, высшее командование которым было вручено Симону де Монфору, одному из самых искусных полководцев свое го времени. Испуганный этими приготовлениями, Раймонд VI последовательно обращался к папскому легату, который потребовал поручительств, к своему двоюродному брату Филиппу Августу, который отказался вмешаться в дело, и, на конец, к Иннокентию III. Последний благосклонно принял его оправдания, но настаивал на предоставлении поручительств, которых потребовал его легат. Раймонд вынужден был покориться: как кающийся, нагой, он подвергся бичеванию перед церковью Сен-Жилля в присутствии 20 архиепископов и епископов; он отдал ключи от своих замков, обязался поправить зло, которое он причинил церквам, и обещал наказать еретиков. На этих условиях он был прощен, и сам принял крест (18 июня 1209 г.). Но его вассал Раймонд Рожер, виконт Безьерский и Каркасонский, не выказал подобной покорности. Он отвечал на угрозы угрозами и приготовился сопротивляться. Против него Симон де Монфор и направил свои усилия. В течение нескольких месяцев он отнял у него Безье, где произошла страшная резня, Каркасон и множество замков. После это го разгрома легаты подложили его разоренные владения герцогу Бургундскому и графу Неверскому, они, однако, не приняли их, а затем Симону де Монфору, который оказался менее совестливым и принял их. Это была крупная ошибка со стороны легатов, потому что с этой минуты религиозный интерес перестает быть единственной движущей силой крестового похода. С точки зрения туземного населений, Симон Монфор воевал ради своей личной выгоды; он был уже не только бойцом за веру, но и завоевателем. Отсюда двоякая перемена в ходе экспедиции: с одной стороны, французские рыцари, как только кончился срок их службы, покидают графа Монфорского, с другой - против него поднимаются сеньоры юга. В 1210 г. из 200 замков, которые он успел покорить, под его властью оставалось лишь 8; ему приходилось сызнова завоевывать свои виконтства.
Пользуясь таким положением дел, Раймонд VI не исполнил ни одного из своих обязательств. Папские легаты снова отлучили его и наложили интердикт на Тулузское графство. Как и в первый раз, Раймонд обратился за помощью к Филиппу Августу, который оттолкнул его, и к папе, который предложил ему оправдаться перед собором, заседавшим в Сен-Жилле. Граф Тулузский отправился туда и, не успев оправдаться, получил отсрочку. В1211 г. он в Арле снова пред стал перед собором, который поставил ему слишком тяжелые условия и тем побудил его сноба взяться за оружие. Начался новый крестовый поход, который в течение двух лет заливал кровью страну и главными моментами которого были взятие Лавора крестоносцами и их поражение под Тулузой. В 1213 г. арагонский король Педро II, который толь ко что прославил себя борьбой с испанскими мусульманами, вмешался в дело альбигойцев и предложил свое посредничество. Иннокентий III, видя, что религиозный интерес начинает оттесняться политическим, хотел положить конец насилиям. Он принял предложения дона Педро, приостановил проповедование крестового похода» умерил пыл своих легатов и созвал собор в Лаворе, чтобы еще раз испытать мирные средства. Но Иннокентию III не удалось склонить к примирительной политике ни французское духовенство, ни крестоносцев. Они видели в Раймонде VI единственную опору ереси и презирали его как изменника; по этому Лаворский собор подтвердил его отлучение (1213). Раздраженный неудачей своего посредничества, дон Педро повел войско на помощь графу Тулузскому и осадил Мюре. 12 сентября 1213 года близ города произошло большое сражение, в котором дон Педро был убит и которое, благодаря ловкой тактике Симона де Монфора, окончилось блестящей победой крестоносцев. Результатом згой победы было подчинение всей страны. Побежденный Раймонд VI покинул Тулузу и принял все условия, какие были ему поставлены, после чего был освобождён от интердикта легатом Петром Беневентским. Графы Фуаский и Комминжский и большинство их вассалов также отдали себя и свое имущество в руки легатов.
После этого областной собор в Монпелье (1215) пере дал верховную власть над Лангедоком Симону де Монфору, а немного спустя четвертый Вселенский собор в Латеране, один из замечательнейших, какие когда-либо собирались, снова осудил альбигойскую ересь, обязал население Лангедока принести клятву верности католической церкви, пред писал епископам организовать следственные комиссии для преследования упорствующих, повелел светским князьям очистить их земли от еретиков и окончательно определил судьбу владений графа Тулузского. Симон де Монфор сохранил за собой почт» все Тулузское графство, герцогство Нарбоннское и виконтства Каркасон и Безье. Графы Фуасский, Комминжский и Беарнский были снова водворены в своих владениях. Графство Венессенское было присоединено к владениям Римской церкви. Наконец, остальные земли Раймонда VI, то есть Провансскнй маркизат и часть Тулузского графства, были оставлены его сыну Раймонду VII, в пользу которого он отрекся от власти.
Таким образом, религиозная война окончилась; начиналась династическая борьба между сен-жилльским домом, который не хотел примириться с потерей своих владений, и монфорским домом, который не хотел отказаться от своих завоеваний. Эта война, начавшаяся в 1216 г. и искусно веденная Раймондом VII, который сумел никогда не дать по вода к обвинений) его в ереси, продолжалась 13 лет с переменным успехов. Она будет подробно описана ниже; здесь достаточно лишь отметить, что когда идея смерти Симона де Монфора (1218)его сын Амори уступил свои права ко ролю Франции (1224), то регентша Бланка Кастильская за ставила тулузского графа подписать в Mo (1229) договор, в силу которого к королю немедленно переходило владычество над страной, расположенной между Роной и Нарбонной, а после смерти Раймонда VII - и над Тулузским графством. Кроме того, Раймонд обязался распустить своз войско, вознаградить французских рыцарей, терявших свои феоды, которые большей частью были возвращены их ста рым владельцам, и оказывать поддержку церкви в борьбе е еретиками. При этих условиях с Раймонда VII в храме Богоматери в Париже было снято отлучение, которое тяготело над ним, и война окончилась е большой выгодой для Французского королевства.
Что касается церкви, то она всегда должна была бояться возврата ереси, которую она хотела подавить. Так как война принесла католицизму больше вреда, чем пользы, то церковь решилась прибегнуть к другим средствам: она окончательно организует инквизицию.


Фрагмент из книги "Эпоха крестовых походов" Под ред. Э. Лависса и А. Рамбо

 
На Главную
 
 
использует технологию Google и индексирует только интернет-библиотеки с книгами в свободном доступе
 
 
 
 
 

Новости

  • Бетон
    Заказать бетон от производителя. Цены на все марки бетона
    mosbeton1.ru
              Яндекс.Метрика
     
В день памяти святителя Филарета Московского митрополит Варсонофий сослужил Святейшему Патриарху Кириллу
В день памяти святителя Филарета Московского, 2 декабря, Святейший Патриарх Кирилл совершил Божественную литургию в храме Христа Спасителя и возглавил хиротонию архимандрита Матфея (Самкнулова) во епископа (Ивановская митрополия).
Патриарх Кирилл освятил новый кафедральный Троицкий собор в Париже
Патриарх Московский и всея Руси Кирилл освятил в воскресенье, 4 декабря новый кафедральный Троицкий собор в Париже и возглавил в нем первую божественную литургию. Храм находится на территории Российского православного духовно-культурного центра на набережной Бранли.
БПЦ считает документы Собора на Крите противоречащими православному учению
"Тщательное изучение принятых на Соборе документов приводит нас к выводу, что некоторые из них содержат расхождение с православным церковным учением, с догматической и канонической традицией Церкви, с духом и буквой Вселенских и поместных соборов", — говорится в опубликованном на сайте БПЦ решении Синода.
Православные нижегородцы смогут обратиться к иконе «Неупиваемая Чаша»
2 декабря в Нижний Новгород прибудет образ Пресвятой Богородицы. Об этом сообщает пресс-служба Нижегородской митрополии. До 19 декабря икона будет находиться в соборной церкви в честь Живоначальной Троицы.

 

Публикации сайта "Агиограф" разрешены для некоммерческого использования без ограничений, если иное не оговорено особо.