ПУАНСОН
punch
От франц. poincon и лат. punctio - «укол». Инструмент для гравирования на металле, напоминающий по форме гвоздь. Ударяя по тупому концу пуансона, на поверхность металла наносят углубления.



 

 


 
Поиск Книг Global Folio
предназначен для быстрого поиска книг в сотнях интернет - библиотек одновременно. Индексирует только интернет - библиотеки содержащие книги в свободном доступе


 


              Яндекс.Метрика
     

 
 



 



   28-Ноября-2006  Print current page  Print all  Show map
Проза

 
 

Чародейство

— мнимое искусство вызывать теми или другими иррациональными способами всякие желаемые явления, в том числе и сверхъестественные, произвольно управлять явлениями природы, предвидеть и угадывать их будущее течение. С момента первого пробуждения религиозной мысли и до настоящего времени среди народов нецивилизованных и отчасти даже в нашей собственной среде, не только у народных масс, но и в культурных классах, Ч., под разными именами (колдовство, магия, некромантия), пользовалось и пользуется признанием и доверием, влияя на жизнь обществ и отдельных людей. Как могуча вера в Ч., в этом европейцы могли убедиться во время последней войны с Китаем, когда так наз. боксеры, полные верой во всемогущество своих ладанок с горохом, красным перцем и имбирем, красных костюмов, фонариков, заговоров и заклинаний, тысячами бесстрашно шли навстречу пулям и гранатам, убежденные в полном бессилии этих смертоносных орудий против чар священной магии. Даже трупы погибших не могли ослабить этой веры, находившей себе утешение в том, что смерть от европейского оружия лишь временная и мертвые снова воскреснут для новых битв с белыми дьяволами. У нас в России крестьяне верят в наваждение, порчу, вещие крики птиц, дурные встречи, злой глаз и т. п. Бывали случаи сожжения колдуна, подозреваемого в смерти человека, падеже скота или долгой засухе. Интеллигентные люди вызывают духов, прислушиваются к вещему выстукиванию столиков, тайком посещают гадалок, подчас готовы доверить свою жизнь и здоровье знахарю и шарлатану и столь же часто легковерны к мнимым чудесам, как и невежественная масса.

Вера в Ч. и жажда его воздействия коренится, прежде всего, в сознании человеком беспомощности и хрупкости своего существования, в связи с непониманием причинности явлений и законов природы, рациональное, целесообразное пользование которыми совершенно недоступно на низких ступенях умственного развития. Такие неизбежные явления, как, напр., смерть, кажутся первобытному человеку не только страшными, но и совершенно случайными, причиненными исключительно чьей-нибудь злой волей. Поэтому со смертью можно бороться, против одной воли поставив другую, которая вырвет человека из когтей смерти и вернет его к жизни. Но не одна смерть страшна человеку. Каждую минуту, в любом месте, его подстерегают бесчисленные опасности, посягающие на его драгоценнейшие блага, жизнь и здоровье. То болезнь, то дикий зверь, то неудачная охота и ее неизбежный спутник — голод, то козни врага каждый день грозят ему гибелью, против которой все его обыденные средства борьбы тщетны. Только сила сверхъестественная, помощь более сильных существ может его выручить из беды. Для первобытной религии, видевшей в природе только совокупность человекообразных духов, живущих и действующих по образу и подобно человеческому, все должно было казаться возможным. Стоит только кому-нибудь подружиться с духами, приобрести их расположение, заручиться их услугами или научиться борьбе с ними — и тогда для избранников все становится доступным (см. Шаманы). Наибольшего развития и наибольшей роли в жизни достигает Ч. у первобытных народов. Чародей у них самое могущественное лицо, самый благодетельный и самый опасный член общества. Нет такого чуда и такого коварства и зла, которое оказалось бы для него невозможно. Он воскрешает мертвых, спасает от злых духов болезни, заговаривает оружие, дает удачу на охоте, потомство — бездетному, богатство — бедному, любовь — отвергнутому, вызывает дождь, изобилие животных и растений, угадывает прошлое и будущее, открывает воров, предупреждает козни. Но он может в такой же мере приносить неисчислимые бедствия — вызвать бурю, наводнение, засуху, падеж скота, причинить смертельную болезнь, убить на расстоянии и т. д. Всемогущество его доходит до того, что он может летать по воздуху, принимать вид любого животного и обращать человека в животное, спускаться в царство мертвых, вызывать последних, делать себя невредимым против любого оружия, воскресать после смерти и т. д. Такие избранники не являются, однако, монополистами своего искусства. Многие средства Ч. получают распространение в массе, подобно тому, как многие медицинские средства у нас известны не только врачам, но и большой публике. В первобытных обществах более равномерное умственное развитие: каждый более или менее способен творить в области таинственного и делать соответственные практические выводы из наблюдаемого. Вот почему в таких обществах каждый человек до известной степени чародей и в каждом из своих ближних видит такого же чародея, который доступными каждому средствами может причинить всевозможные бедствия. Есть племена (Австралия и Южн. Америка), которые и до сих пор верят, что люди никогда не умирали бы, если бы не колдовство. Костры против колдунов стали зажигаться гораздо раньше, чем мы это знаем из истории Европы. В восточной Африке, напр., у племени Вакуту никто, особенно в преклонном возрасте, ни на один день не безопасен от сожжения (Бертон, у Тайлора). У первобытных народов мы находим уже законченный цикл средств и методов Ч., которые с поразительным однообразием встречаются и позднее у культурных народов. На первом плане выступают духи-покровители данного лица. По большей части это те или другие животные, души которых являются исполнителями воли избранника: они изгоняют из тела больного злого духа, исполняют далекие поручения и помогают во всех делах. За ними идут души умерших людей, вызываемые для советов, предсказаний будущего и чародейственной помощи (некромантия), и наконец, души самых различных неодушевленных предметов и отдельные части одушевленных предметов. Отсюда всевозможные фетиши (см.) и амулеты. Немалое значение имеют также сновидения (как средство предсказания будущего и внушения чародейственных средств), заклинания, заговоры, процедуры над изображениями объектов Ч., разные способы гадания. Даже магическое значение чисел мы находим уже и на этой стадии, напр., у гиляков, у которых числа, кратные 3, 2, 7, являются магическими. Точно так же находим и первые зачатки астрологии, связанной с олицетворением и обоготворением небесных светил и наблюдением их движений. У культурных народов древности мы видим те же приемы Ч., что у первобытных народов, только более выработанные, принявшие, отчасти благодаря изобретению письма, характер целой системы. Египетские папирусы содержат формулы заговоров, которые "заграждают пасти львов, гиен, волков..., равно как уста людей, имеющих злые лица, парализуя их члены", далее формулы заклинаний богов их мистическими именами (Сет, напр., призывался его всемогущим именем Soerbeth) и наконец, заговоры целебные. Астрология (см.) также играла огромную роль в Ч. египтян, создавших календарь счастливых и несчастливых дней, сохранившихся в местном фольклоре до настоящего времени. Так, напр., 19 число мес. Атор считалось несчастливым днем для плавания по Нилу; ребенок, родившийся в пятый день мес. Паопи, должен был погибнуть от вола и т. д. В Египте различали медицинское Ч., находившееся в руках жрецов и писцов, от обычных приемов колдовства, вроде приготовления любовных напитков, злого нахождения и т. д., считавшихся преступными и наказывавшихся смертью. Классической страной Ч., создавшей из него целую науку — магию (см.), был Вавилон. Особенностью этой псевдонауки, перешедшей впоследствии в Грецию, Рим и средневековую Европу, составляет приведение в систему всевозможных демонов, управляющих различными сторонами судеб человеческих, и установление для каждого из них его сокровенного имени, призывание которым, как в Египте, имеет для каждого из них неотразимую силу. Отсюда множество формул и заклинаний для самых различных случаев жизни частной и общественной. Формулы эти или произносились вслух, или носились в виде филактерий (тефилин: см.). В сокровенных именах демонов и божеств и заключалась собственно вся сила этих формул Ч. С помощью одного такого имени богиня Устар была извлечена из самого Гадеса. Клинообразные надписи сохранили множество формул, отличающихся главным образом названиями имен демонов. Вот одна из них: "Бог (имя рек) да стоит у его изголовья. Те семь злых духов он искоренит и изгонит их из его тела; и те семь уже никогда не вернутся опять в этого больного человека". Далее, вавилоняне имели весьма детальные правила гадания и предсказания будущего. Гадали по стрелам, по внутренностям животных, вопрошали терафим (см.). Самая важная страница в истории магических предвещаний у вавилонян относится к астрологии. У евреев с давних времен культивировалось Ч. Во Второзаконии мы читаем: "Да не будет среди вас... ни заклинателей, ни колдуний, ни лиц, вопрошающих семейных духов, или кто был бы магом и некромантом". Колдовство преследовалось строжайше и каралось сожжением. После пленения, вероятно, под влиянием ассиро-вавилонским, у евреев выработалась сложная система магии, которая легла в основание средневековой теургии в Европе. Подобно демонологии вавилонян, они выработали подробную классификацию злых духов. Как и для вавилонян, сила заклинаний и призываний заключалась для евреев в произнесении настоящего, сокровенного имени призываемого. Эти имена составлялись, как и способы предвещаний и гаданий, по известному каббалистическому способу (см. Каббала), именно посредством слияния инициалов слов той или другой священной формулы или посредством перестановки букв того или другого слова, числового их значения (для предсказания) и т. д. Из Вавилона и Египта магия перешла в Грецию и Рим, где и раньше самостоятельно и широко практиковались все обычные формы Ч. в частном и государственном быту (см. ниже). В Индии с древнейших времен Ч. играло такую же роль и применяло те же методы, что и в Передней Азии. Памятники санскрита полны формулами заклинаний, заговоров и магических рецептов, описаниями изгнания бесов и способов возвыситься до силы Ч. путем молитвы, жертвоприношений и самобичеваний. Буддийские святые, достигшие совершенства, поднимаются на воздух, останавливают солнце и двигают землю. Тибетские ламы творят чудеса более низменные — едят и изрыгают огонь, глотают ножи и т. п. О Ч. остальной шаманствующей Азии см. Шаманство. Мусульманский мир заимствовал Ч. в выработанной форме из магических систем евреев, греков и вавилонян. Широко выработана система Ч. в Китае, где по сей день масса пользуется повседневными услугами снотолкователей, гадальщиков и колдунов и где гораздо раньше, чем в Европе, додумались до медиумов, пишущих ножек стола и т. д. Средневековая Европа всецело унаследовала все мудрости древних, начиная с магии Вавилона и греко-римлян и кончая теургией неоплатоников и практической кабалистикой евреев, прибавив к ним те более примитивные приемы Ч., которые оставило в наследство старое народное язычество, не перестававшее жить в недрах народных масс вплоть до самого новейшего времени. В старую демонологию была внесена новая могучая фигура, объединившая всех демонов магии. Договор с дьяволом стал основным догматом Ч., упорно державшимся в течение всего темного периода средневековья. Получив в обладание душу своего контрагента, дьявол становился его послушным слугой, сопровождал его в виде собаки, не отказывался залезать в пузырек, ютиться в кольце, в мешочке, в одежде своего адепта и исполнял самые сверхъестественные его желания. Жажда всемогущества, покупаемого договором с дьяволом, охватила все классы населения. Интеллигентные люди культивировали астрологию и тайные науки; в низших слоях довольствовались более примитивными средствами. Типом первых может служить средневековый маг, изможденный бдениями и изучением тайных наук, в черной мантии, обшитой кабалистическими формулами, с помощью сокровенных "имен" и заклинаний призывающий во тьме ночной своих духов-помощников, ищущий ключей к загадкам бытия, камня жизни и рецепта приготовления золота. Другой тип, народный — тип ведьм, собирающихся на свои ужасные шабаши (см.), вызывающих засухи, наводнения, падежи скота, мор на людей, порчи, наваждения, бесплодие и т. д. Одним из самых действительных средств считались так называемые порчи, состоявшие в том, что над восковым изображением человека проделывали все то, что желательно было причинить тому или другому лицу. Екатерина Медичи искренно верила в это средство. Не менее действительным средством считалось воспользоваться вещью человека и проделать над ней соответствующую операцию. В 1618 г. две женщины были обвинены в том, что, похитив перчатку лорда Росса, похоронили ее в земле "так что подобно тому как гнила перчатка в земле, гнила и разрушалась печень этого лорда". Особенной известностью пользовалось приготовление любовных напитков, весьма популярных еще во времена Людовика XIII. Против козней Ч. изобретена была масса средств, для характеристики которых может служить ношение правого глаза ласки в кольце против чар бесплодия. Кроме механических средств, употреблялись заклинания и заговоры, формулы которых были так многочисленны, что сборники их составили целые книги, как, напр., Clavicules, приписывавшиеся Соломону, и Grimoires, долго приписывавшиеся папе Гонорию. Известны страшные преследования, которым подвергались ведьмы и все заподозренные в общении с дьяволом начиная с XIII века и кончая XVIII-м. Эти преследования вызывались не столько средневековым фанатизмом, воевавшим с исчадиями сатаны, сколько сознательной верой в силу Ч. и в реальное зло, которое возможно причинить манипуляциями этого искусства. Это было настоящее уголовное возмездие за тяжкие преступления. Из-за тех же мотивов предавали смерти колдунов в Египте, одно время в языческом Риме, у семитических народов, и делают это теперь в Африке. Насколько велика была всеобщая вера в Ч. в средние века, показывают слова Вольтера: "Еще не прошло столетия, как сам король Иаков, этот великий враг римской церкви и папской власти, напечатал свою Демонологию, в которой признает колдовство, инкубов, сукубов, власть дьявола и папы, который, по его мнению, сохранил право изгонять сатану из тела одержимых, как и всякий другой священник; а среди нас, французов, хвастающих теперь своим здравым смыслом, не было парламента, который бы не занимался процессами ведьм, и ни одного мудрого юриста, который бы не писал трактатов об одержимости". В одной Шотландии в течение одного XVII стол. было сожжено за Ч. не менее 3000 чел. Еще в 1750 г. в Вюрцбурге был казнен человек за колдовство. Быстрый рост просвещения за последние 1?1 в. уничтожил наиболее грубые формы веры в Ч. и совершенно положил конец преследованиям за него. Многие приемы Ч. перешли в области фокусничества и детских игр. В массе населения оно еще живо во множестве обрядов и поверий, продолжающих властвовать над умами. Еще существуют колдуны и знахари; еще недавно в Новгородской губ. сожгли колдунью. Вера в возможность порчи, дурного глаза, наваждения, заклинания, заговоры до сих пор не исчезли. Еще печальнее оживание веры в Ч. среди интеллигентных людей (вызывание духов, столоверчение, обращение к модным гадалкам и т. п.). Генезис и психология Ч. в общем сводятся к анимизму и первобытной религии. См. статьи Срав. изучение религии, Теротеизм, Фетишизм, Шаманство.

Л. Ш г.

Чародейство у древних греков и римлян, в качестве пережитка низшей степени культуры, было в силе даже тогда, когда оба эти народа достигли высшей ступени цивилизации. За неимением точной, тайная наука пользовалась полным правом гражданства, медленно уступая место прогрессирующему знанию. И в Греции, и в Риме, отчасти на почве народного мировоззрения, отчасти путем заимствований, разновременно создались, с одной стороны, многочисленные виды мантики (астрология, генетлиалогия, снотолкование, гадание по птицам, внутренностям животных, неодушевленным предметам. приматам и т. п.), с другой — магия или Ч. в собственном смысле слова, т. е. искусство производить явления вопреки законам природы, сноситься с таинственными ее силами, влиять на феноменальный и сверхчувственный мир. О существовании Ч. в древнейшую пору Греции свидетельствуют эпическая поэзия и многочисленные мифические сказания: так, сыновья Автолика заговаривают рану Одиссея; волшебница Цирцея обращает спутников Одиссея в свиней питьем, изготовленным из особых трав, и прикосновением жезла. К божествам, представителям Ч., относятся: Гермес, владеющий волшебным жезлом и разрушающий при помощи чудесного растения (????) чары Цирцеи; Геката, отождествленная с Персефоной и Артемидой и призываемая ворожеями, как богиня подземного царства, ночи, таинственных призраков и заклинаний; Артемида, как богиня луны и связанных с последнею таинственных влияний; фригийская Кибела, жрецы которой (Корибанты и Куреты) занимались изготовлением волшебных снадобий и зелий. Божественное происхождение имеют также завлекающие чарами пения Сирены и типические волшебницы древности — упомянутая выше Цирцея и дочь Эета и Гекаты, Медея. Овидий в VII книге "Метаморфоз" описывает подробно процесс Ч., с помощью которого Медея возвращает юность отцу Язона. В этом описании сгруппированы многие подробности, которые в действительности применялись в практике профессионального и обиходного Ч.; подтверждением этому могут служить описания подобных же сцен у, Феокрита (II идиллия, озаглавленная "Ворожеи"), Тибулла (I, 2, 4 1 и след.), Виргилия (Ecl., VIII, 64 и след.), Горация (Sat., I, 8, 23 и след.), Лукана (Phars., VI, 430). Кроме названных представителей Ч., в древнегреческих сказаниях еще известны способностью творить чары Персей (отец Гекаты), Керкопы, Кабиры, Тельхины (= "волшебники"), а в древнеримских — Пик и Фавн; к подобным же демоническим существам относятся Эмпуза, Ламии, Геллы (на Лесбосе, безвременно погибшие девушки-вампиры), Мормо, птицеобразные Стриги, Ларвы (у римлян). Среди людей к числу известных чародеев принадлежали полумифический Орфей, Мелампод, Эпименид, Музей, Пифагор, Эмпедокл, его ученик Горгий Леонтинский, Бакид, Аристей и др. Были целые фамилия чародеев (Иамиды в Элиде, Теллиады в Акарнании), а также общества занимавшихся волхвованием Сивилл, Орфеотелестов, Агиртов, Менагиртов, Метрагиртов. Сюда же можно отнести всю пеструю толпу чародеев, известных в греко-римском мире под общею кличкою магов, халдеев, вавилонян, математиков, тауматургов, теургов, жрецов Изиды и проч., пользовавшихся в лучшей части общества репутацией шарлатанов. У некоторых племен искусство Ч. получило специальное развитие: сюда относятся колхи, фессалийцы, этруски, сабиняне, марсийцы. Средствами магии служили заклинания ??????, саrminа, incantationes), нередко состоявшие из набора непонятных слов, затем травы (???????, veneficia), которым приписывалась волшебная сила, камни (аэролиты или обыкновенные камни, вырытые на священных участках), талисманы и амулеты, кольца, волшебные узлы, венки, части тела различных животных (напр., лягушки, вертошейки) и пр. Пользуясь действием тайных сил, Ч., по верованию его адептов, подчиняло себе внешнюю природу, причем к заклинанию тайных сил природы прибегали как для того, чтобы предотвращать дурные и вредные влияния и явления, так и для того, чтобы накликать беду на других людей: вера в дурной глаз (fascinatio, ????????) была весьма распространена в древности, против чего существовали особые заговоры и амулеты. В большом употреблении были также приворотные снадобья (??????), которыми пользовались при неудачной любви и о которых имеется много упоминаний в греко-римской эротической литературе. Ч. было широко распространенным явлением в древнеклассическом мире, причем, как в Греции, так и в Риме, к нему относились с терпимостью и даже иногда поощряли; чародеев преследовали лишь тогда, когда искусство их было направляемо в ущерб интересам государства, общества и отдельных лиц. Преследования в Риме чужеземных волхвов начались лишь в императорскую эпоху и имели целью устранить опасную конкуренцию, которая угрожала доморощенной магии авгуров и гаруспиков. Эти гонения носили характер временных мер. Решительный поход против Ч. был предпринят в Риме только христианскими императорами. Ср. ст. Magia в IV т. Pauly, "Real-Encyklop adie der Klassischen Altertumswiss enschaft" (Штуттгарт, 1846"); Maury, "La Magie et l'Astrologie" (П., 1817); Bouche-Leclerq, "Histoire de la divination dans l'antiquit e " (П., 1879, 1880, 1882); A. de Rochas, "L'art des thaumaturges dans l'antiquit e " (П., 1882); проф. Зелинский, "Умершая наука" ("Вестн. Евр.", окт. и ноябрь, 1901); Frazer, "Le rameau d'or. Etude sur la magie et la religion" (перев. с англ., П., 1903).

Н. О.

Источник: Энциклопедический Словарь Ф.А.Брокгауза и И.А.Ефрона