Мы очень мало знаем о Гальфриде Монмутском как человеке и деятеле своего времени (как, впрочем, и о большинстве писателей Средневековья). Он не был настолько заметной фигурой, чтобы сведения о нем попали в хроники и анналы. Да и сам он почти ничего не рассказал о себе. Упоминает он себя в своих книгах лишь четыре раза, и упоминания эти - обычные для Средневековья обращения к меценатам и заказчикам или своеобразная "подпись" автора в конце сочинения либо его раздела. Впрочем, сохранилось несколько не очень достоверных записей в монастырских книгах, относящихся к Гальфриду. Достоверность их сомнительна в том смысле, что мы не можем с полной уверенностью сказать, является ли упоминаемый в них персонаж автором интересующих нас сочинений. Не знаем мы и как следует понимать определение "Монмутский"-как указание на принадлежность к какому-то конкретному монастырю или как обозначение места рождения. Большинство ученых ( 1) склонны понимать определение "Монмутский" как раз во втором смысле, т. е. видеть в нем указание на место рождения писателя. Если это действительно так, то Гальфрид был уроженцем старинного валлийского города в Монмутшире (Юго-Восточный Уэльс) на реке Уай. В Средние века город входил в состав независимого валлийского королевства (княжества) Гвент. Королевство это прославилось своим мужественным противостоянием англосаксонскому завоеванию: здесь был рубеж продвижению германцев на Запад. Гвент потерял независимость лишь в середине XI столетия. В это время был воздвигнут Монмутский замок (развалины которого сохранились до наших дней) и были построены две линии оборонительных укреплений по рекам Аск и Уай. Город Монмут и прилегающий к нему район оказали упорное, но на первых порах безуспешное сопротивление норманскому завоеванию, подобно тому, как до этого они отражали набеги датчан и продвижение в Уэльс англосаксов.
Но земли валлийцев еще не были покорены окончательно. В годы правления Вильгельма Рыжего (1087-1100) и особенно при Генрихе Боклерке (1100-1135) следуют одно за другим мощные восстания местных жителей. Один из вождей валлийцев, Гриффит ап Кинан (из Гвентского королевского рода), возвращается из Ирландии, где он был какое-то время в изгнании, и становится во главе своего мужественного народа. К нему вскоре приходит на подмогу с севера Гриффит ап Рис, и их объединенные силы наносят несколько внушительных ударов норманским баронам, заставив последних отступить. В период правления безвольного Стефана Блуаского (1135-1154) в борьбе с норманнами особенно отличился молодой валлийский принц Оуэн ап Гриффит; его летучие отряды не раз обращали в бегство английские войска. И при преемнике короля Стефана Генрихе II Плантагенете валлийцы одержали несколько значительных побед. Лишь смерть Оуэна в 1169 г. несколько ослабила сопротивление уэльсцев. Между тем окончательно покорить страну удалось лишь Эдуарду I (1272-1307), королю из норманской династии, после смерти последнего влиятельного валлийского князя Ллуелина ап Гриффита (1282). И вот что примечательно: Эдуард тут же ввел для наследника престола титул принца Уэльского, тем самым подчеркнув значение валлийских земель в своем королевстве.
Не приходится удивляться, что в своих произведениях Гальфрид упоминает и королевство Гвент, и его главный город Каерлеон, разрушенный в 976 г. данами. Существует мнение, что писатель был по своему происхождению валлийцем. Ведь он говорит о том, что при создании своих произведений использовал какую-то старинную валлийскую книгу ("Britannici sermonis librum vetustisshiium"). Впрочем, иногда замечают, что по самоощущению своему Гальфрид был скорее бриттом (2), хотя к началу XII столетия, бритты, представители одного из кельтских племен, населявших Британские острова, вытесненные в Уэльс и Корнуэльс англосаксами еще в V-VI вв., давно уже смешались с местным населением (ведь противопоказаний такому смешению не было) и утратили свою этническую самостоятельность. И если книги свои Гальфрид Монмутский посвятил именно племенам бриттов, их легендарным королям, то сведения, ему необходимые, черпал он прежде всего из валлийских источников, из преданий древнего Уэльса. Противопоставления валлийцев и бриттов мы у него вряд ли найдем.
Интересно отметить, что в ряде юридических документов эпохи писатель упомянут как Гальфрид Артур (Gaufridus Arthurus). Это, видимо, не .двойное имя, а "отчество". Это подтверждают валлийские переработки его сочинений: они решительно называют писателя Гальфридом сыном Артура (Gruff ydd ab Arthur), что просто не передано в латинском тексте (3). Поэтому утверждение Вильяма Ньюбургского о том, что Гальфрид присоединил к своему имени еще одно -Артура, ибо, мол, он и придумал этого баснословного персонажа, вне всяких сомнений ошибочно и продиктовано скорее всего общим отрицательным отношением к Гальфриду этого историка конца XII столетия (4).
Валлийская "Хроника королевства Гвент" ("Gwentian Brut"), правда, мало достоверная, рассказывает некоторые подробности о детстве писателя. Так, она сообщает, что отцом Гальфрида был действительно некий Артур, капеллан Вильгельма, графа Фландрского; что молодой человек получил хорошее воспитание в доме епископа Лландафского Ухтриада, который доводился ему дядей с отцовской стороны (5). Но все это-лишь домыслы позднейших редакторов валлийской хроники и авторов интерполяций, сделанных, видимо, не раньше XVI в. Однако обратим внимание на само их появление: национальная валлийская литературная традиция числила Гальфрида среди тех, кем можно было гордиться, потому-то писателю и было придумано как почтенное родство, так и образованность.
Впрочем, последнее несомненно: Гальфрид свободно владел латынью, этой основой средневековой учености. Неплохо знал он доступную в то время античную литературу (Гомера в позднейших латинских пересказах, Вергилия, Овидия, Стация, Лукана), знал христианских писателей, был хорошо знаком с валлийской устной словесностью. Точная дата рождения писателя не установлена. Ее обычно определяют весьма и весьма приблизительно-"около" 1100 г. (6) Вряд ли много позже: в сочинениях Гальфрида четко проглядывает определенная зрелость-и политическая, и писательская. Первая дата, которая нам точно известна-1129 год, когда имя Гальфрида впервые упоминается в одном юридическом документе, связанном с Оксфордом (7). Он, видимо, занимал какой-то пост в местном монастыре, будучи ближайшим сотрудником его архидьякона Вальтера. Вальтер возглавлял монастырскую школу, в которой, наверное, преподавал и Гальфрид. Действительно в ряде документов он назван "магистром". Вот только мы так и не знаем, какой предмет был его основной специальностью. Занятия с учениками оставляли Гальфриду достаточно досуга и для того, что мы теперь назвали бы самообразованием, и просто для чтения, и для работы над своими сочинениями.
Творческий путь Гальфрида не был долгим. Как полагал Э. Фараль (8), он охватывал приблизительно два десятилетия, т. е. время пребывания писателя в Оксфорде (1129-1151). Собственно, нам довольно трудно говорить о каком-то "пути", о творческой эволюции. Мы не знаем, чем были его годы ученичества, не только ученичества обычного, но и писательского. Мы не знаем его первых опытов, хронология его произведений все-таки приблизительна, а их последовательность вызывает споры. Но не будем вдаваться в них и тем более приводить сложную и подчас зыбкую аргументацию ученых. Споры эти еще не кончились. Вот их некоторые результаты.
Первым произведением Гальфрида Монмутского были скорее всего "Пророчества Мерлина" ("Prophetiae Merlini"), которые он "опубликовал" (9) по просьбе Александра, епископа Линкольнского, около 1134 г. Впрочем, некоторые исследователи полагают иначе. Они относят создание этого произведения к рубежу 20-30-х годов (10), когда, по их мнению, появилось отдельное "издание" этого произведения. Что касается Э. Фараля, то он считал, что Гальфрид прервал работу над "Историей", своим главным сочинением, чтобы создать эту небольшую книжечку, своими загадочными прорицаниями вызывавшую живой интерес у современников. Тогда "Пророчества" не предшествуют основной книге писателя, а являются лишь ее частичной "предпубликацией". Так или иначе это произведение было первым, попавшим к читателю. И не столь уж важно, действительно ли Гальфрид написал "Пророчества" тогда, когда дошел до соответствующего места "Истории", или это было первоначально вполне автономное произведение, позже использованное для другой работы. Тут вот что интересно отметить. Перед нами довольно редкий для эпохи Средних веков пример смелого введения своего авторского "я", пример рассказа писателя о том, как создавалась книга - на страницах самой этой книги (см. гл. 109). И, включая затем "Пророчества" в "Историю", Гальфрид не только рассказал об их появлении, но и сохранил посвящение, открывающее их отдельное издание. Это не рассказ в рассказе, это своеобразная "цитата", это произведение иного жанра, вставленное в корпус основного.
И действительно, в этом произведении (если считать его отдельной книгой) Гальфрид опирается на иную литературную традицию, что отразилось прежде всего на стиле, отличающемся от стиля остальных частей "Истории". Здесь писатель вдохновлялся некоторыми библейскими текстами (в частности, Апокалипсисом), а также традицией загадок и пророчеств, широко распространенных в литературах древних кельтов. Да и сам Мерлин заимствован писателем из валлийского и отчасти ирландского фольклора, где его функции и его "генеалогия", как увидим, весьма многообразны. Стиль этой части книги Гальфрида повышенно эмфатичен, периоды определенным образом ритмически организованы, а образный строй насыщен столь милыми средневековому читателю загадочными иносказаниями и аллегориями, что между прочим открывало затем широкий простор фантазии миниатюристов, охотно иллюстрировавших как раз эту часть книги писателя (например, сцену схватки белого и красного драконов, описанную в гл. 111 "Истории"). Можно, конечно, предположить, что сам материал заставил Гальфрида отказаться от спокойной дотошности хроникального рассказа, сделать повествование предельно увлекательным и волнующим. И еще: именно здесь писатель был наиболее свободен от источников, от какой бы то ни было литературной традиции (11). Но можно посмотреть на этот вопрос и иначе: часть, посвященная пророчествам Мерлина, настолько отличается от остальных частей главного сочинения Гальфрида, что была и задумана, и написана, как произведение самостоятельное, лишь позже инкорпорированное в "Историю бриттов". Стиль "Пророчеств" перекликается со стилем позднего произведения Гальфрида-его стихотворной "Жизни Мерлина", завершенной, по-видимому в 1148-1150 гг.
Между созданием этих двух произведений, посвященных юному прорицателю и помощнику короля Артура, лежит работа над "Историей". Точное время "публикации" книги может вызвать споры. Дело в том, что ее разные рукописи (а их сохранилось около двухсот (12) открываются отличающимися друг от друга посвящениями. В большинстве списков (из них наиболее авторитетные находятся в университетских библиотеках Кембриджа и Оксфорда, в Парижской национальной библиотеке и в библиотеке Ватикана) книга посвящена герцогу Роберту Глостерскому (ум. 1147), незаконному сыну английского короля Генриха Боклерка, и одновременно Галерану из Мелёна, крупному северофранцузскому феодалу. Другая группа списков "Истории" открывается посвящением королю Стефану Блуаскому, вступившему на престол в декабре 1135 г., и все тому же герцогу Глостеру. О чем говорит этот разнобой в посвящениях? Указывает ли он на время написания книги? Ответить на последний вопрос однозначно вряд ли возможно. Казалось бы, Гальфрид спешно переделал посвящение, приноравливая его к новым обстоятельствам: он порывал с влиятельными личностями предшествующего царствования и заискивал перед новым королем. Но, думается, дело обстояло сложнее. Ведь перед нами разные рукописи книги, и их назначение могло быть различным. Видимо, закончены они были после 1135 г., поскольку в главе третьей король Генрих упомянут в таких выражениях, что не вызывает сомнения, что к этому времени он уже покинул наш бренный мир. Как справедливо заметил Э. Фараль (13), имена Роберта и Стефана могли соседствовать в посвящении лишь тогда, когда эти политические деятели не находились в состоянии открытой вражды, т. е. до 1138 г. По-видимому, эту дату и следует принять за крайнюю: "История бриттов" была закончена до 1138 г. (кстати, в июле этого года герцог Роберт окончательно порвал с королем, а заодно и с Галераном, который не только остался верен Стефану, но и принял активнейшее участие в военных действиях против Глостера).
Популярность "Истории" отразилась не только на обилии ее списков. Среди последних было обнаружено несколько таких, которые довольно существенно отличались от большинства остальных. Эта группа списков была названа исследователями "Версией-вариантом" ("Variant Version") книги. Появление этой версии представляет, пожалуй, трудно разрешимую загадку. По крайней мере со времени ее публикации (14) не утихают связанные с нею споры. Впервые изучивший эту версию Джекоб Хаммер полагал, что этот вариант "Истории" является ее "ответвлением", столь типичной для эпохи Средних веков переработкой (причем переработка эта коснулась не всех глав книги, а лишь отдельных ее частей, точнее говоря, начальных, "доартуровских" глав). Дж. Хаммер видел в появлении опубликованной им версии как свидетельство огромной популярности сочинения Гальфрида, так и яркий пример методов работы средневековых редакторов и писцов (15).
Между тем Роберт Колдуэл (которому принадлежат страницы, посвященные "Версии-варианту", в коллективном труде "Артуровская литература в Средние века") высказал предположение, что эта версия не только не принадлежит перу Гальфрида Монмутского (что, строго говоря, очевидно), но и предшествует его книге (16). Р. Колдуэл писал: ""Версия-вариант" упоминает имя "Galfridus Arturus Monemutensis" только в колофоне. В ней нет посвящений, нет обращения к Вальтеру Оксфордскому и какого бы то ни было намека на загадочную книгу на языке бриттов" (17). Поразительное утверждение! Достаточно обратиться к изданию Дж. Хаммера (а Колдуэл постоянно на это издание ссылается), чтобы убедиться, что имя автора, посвящение, упоминание валлийского источника и т. д. есть и в "Версии-варианте" (18). Правда, есть не во всех ее рукописях. Но в основных своих частях рукописи эти очень немногим отличаются друг от друга, поэтому отсутствие в некоторых из них начальной страницы с посвящением можно считать случайным. И было бы ошибкой полагать, что в список Кардиффской публичной библиотеки посвящение это оказалось включенным "под влиянием" текста Гальфрида, а сам этот список якобы восходит к некоему прототипу "Версии-варианта", независимому будто бы от книги Гальфрида Монмутского. Все было как раз наоборот. Прототип "Версии-варианта" бесспорно существовал. Эволюцией этого варианта и являются известные нам пять рукописей. Лишь в некоторых из них посвящение осталось, в других же было почему-то снято.
Довольно запутан исследователями вопрос и о хронологическом соотношении "Версии-варианта" и так называемой "Вульгаты" (т. е. гипотетического текста Гальфрида, представленного очень большим числом списков). Здесь возможны по крайней мере три точки зрения. Можно предположить (как это сделал Дж. Хаммер), что "Версия-вариант"-это ответвление oт основной рукописной традиции, принадлежащее какому-то амбициозному переписчику, снабдившему свой текст стихотворным панегириком народу Уэльса и самому Гальфриду. Автор этого своеобразного стихотворения (написанного рифмованными стихами, что не очень типично для средневековой латинской поэзии) называет и себя: это некий "брат" (т. е. монах) Мадок из Эдейрна (19). Не был ли он действительно автором этой версии, а не только ее переписчиком, украсившим свой труд изящными, как он полагал, стихами? Совершенно очевидно, что писал он при жизни Гальфрида Монмутского (видимо, в середине столетия) и прекрасно знал, кто является подлинным автором первоначальной версии "Истории бриттов".
Французский филолог-медиевист Пьер Галле высказал предположение, что "Версия-вариант" является последним звеном в эволюции латинского текста "Истории" (20). С этим, однако, трудно согласиться. Палеографический, текстологический и лингвистический анализ рукописей книги Гальфрида (а анализ этот еще никак нельзя считать законченным) показывает, что и после создания "Версии-варианта" продолжали возникать новые списки "Истории". Еще меньше оснований встать на точку зрения Ганса-Эриха Келлера, который пришел к совершенно парадоксальному выводу, что автором "Версии-варианта" был Вальтер, архидьякон Оксфордский, и что творение его и было той "стариннейшей валлийской книгой", которую переработал по его указанию Гальфрид (21).
Интересно отметить, что, помимо "Версии-варианта", которая, как нам представляется, могла возникнуть еще при жизни Гальфрида Монмутского, тогда же, все в том же XII столетии, появились обработки "Истории" на валлийском языке. Учеными выявлены по меньшей мере пять таких независимых переводов-обработок (22); самая ранняя из них дошла до нас в рукописи рубежа XII-XIII вв. (оригинал же был создан значительно раньше). Так, валлийские легенды, до этого не записанные на их родном языке, через посредство Гальфрида были возвращены создавшему их народу.
Если "История бриттов" стала пользоваться почти беспримерной популярностью сразу же после ее создания, то иной была судьба последнего творения Гальфрида Монмутского, его стихотворной "Жизни Мерлина". Он написал ее уже на склоне лет, видимо, около 1148 г. или несколько позже, и посвятил Роберту Чесни, епископу Линкольнскому (23). Роберт занял епископскую кафедру как раз в 1148 г. (и занимал ее до 1167 г.); свой небольшой стихотворный "роман" Гальфрид написал, возможно, в связи с этим назначением. Так или иначе, эта дата-вполне надежный terminus a quo. По крайней мере это можно заключить по начальным строкам "Жизни Мерлина". Тогда terminus ad quern- это конец 1150 г., после которого судьба писателя, как увидим, резко переменилась. В отличие от других его произведений "Жизнь Мерлина" не пользовалась популярностью: сохранилась всего одна ее полная рукопись (24).
Если мы знаем предельно мало о молодости Гальфрида Монмутского, то несколько лучше известны нам последние годы его жизни. В 1151 г. он был направлен в Сент-Асаф (Северный Уэльс) и 7 марта 1152 г. был возведен в епископский сан (25). Сан епископа сделал Гальфрида видным лицом в государстве; так, он скрепил своей подписью в качестве свидетеля хартию короля Стефана, в которой Стефан признавал наследником престола своего двоюродного племянника Генриха Плантагенета (16 ноября 1153 г.).
Но пробыл в Сент-Асафе писатель недолго. Видимо, большую часть времени он проводил в Лландафе, где, как говорится в валлийской "Хронике принцев" ("Brut у Tywysogion"), он скончался и был похоронен в местной церкви. Согласно последним разысканиям, это могло случиться между 25 декабря 1154 и 24 декабря 1155 г. (26)

Комментарии

1 Специальных работ о Гальфриде не так уж много; важнейшие из них следующие: Faral Е La legende arthurienne. P., 1929 (мы пользовались переизданием 1969 г.); Tatlock J. S. P. The legendary History of Britain: Geoffrey of Monmouths Historia regum Britanniae and its early Vernacular versions. Berkeley; Los Angeles, 1950; Parry I.J., Caldwell R. A. Geoffrey of Monmouth.-In: Arthurian literature in the Middle ages: A Collaborative History/Ed. by Loomis R. S. Oxford, 1959, p. 72-93; Jarman A. O. H. Geoffrey of Monmouth, Cardiff, 1966.
2 См.: Parry I. J., Caldwell R. A. Op. cit., p. 73.
3 См.: Faral Е. Op. cit., t. 2, р. 3; ср.: Jarman А. О. Н. Op. cit., р. 11.
4 Он писал о Гальфриде в "Historia regum anglicarum": "Gaufridus hie dictus est, agnomen habens Arturi pro eo quod fabulas de Arturo... per superductum latini sermonis colorem honesto historiae nomine palllavit" (Faral Е. Op. cit., t. 2, p. 2).
5 См.: Ibid., t. 2, p. 3.
6 См.: Jarman А. О. Н. Op. cit., р. 11. Ср.: Barber R. King Arthur in legend and history. L., 1973, p. 35.
7 См.: Faral Е. Op. cit., t. 2, p. 2, 8; Jarman A. O. Н. Op. cit., p. 13.
8 Faral Е. Op. cit., t. 2, p. 8 sqq.
9 Когда говорят о "публикации" или "издании" применительно к Средним векам, то имеют в виду завершение писателем его произведения и изготовление его первой рукописной копии, той "матрицы", с которой затем делаются последующие списки. Как правило, эти первые рукописи до нас не дошли, но об их содержании можно судить, сопоставляя сохранившиеся копии.
10 См.: Meehan В. Geoffrey of Monmouth, Prophecies of Merlin: new manuscript evidence-Bul. of the Board of the Celtic Studies, t. XXVIII, 1978, p. 37-46.
11 См.: Markale ]. Lepopee celtique en Bretagne. P., 1975, p. 110.
12 См. их перечень в кн.: Geoffrey of Monmouth. Historia Regum Britanniae/Ed by Griscom A. N.Y., 1929, p. 551-580.
13 См.: Faral Е. Ор. cit., t. 2, р. 16.
14 См.: Geoffrey of Monmouth. Historia regum Britanniae. A Variant Version edited trom manuscripts by J. Hammer. Cambridge (Mass.), 1951.
15 См.: Op.cit., p.20. a (В книге так и есть, хотя по логике-явная опечатка (ХФ).)
16 См.: Parry I. J., Caldwell R. A. Op. cit., p. 87.
17 Ibid.
18 См. издание Дж. Хаммера. (Op. cit., р. 22).
19 Op. cit., р. 18.
20 См.: Callais Р. La Variant Version de 1'Historia regum Britanniae et le Brut de Wace-Romania, 1966, t. 87, p. 1-32.
21 Keller H.-E. Wace et Geoffrey de Monmouth: probleme de la chronologie des sources.-Romania, 1977, t. 98, p. 1-14.
22 См.: Parry I. J., Caldwell R. A. Op. cit., p. 89. Ср.: Markale J. Op. cit., p. 231.
23 См.: Faral Е. Op. cit., t. 2, p. 28-36; Jarman A. O. H. Op. cit., p. 19.
24 См.: Jarman А. О. H. Op. cit., p. 21.
25 См. Faral Е. Op. cit., t. 2, p. 37.
26 См.: Thorpe L. The last years of Geoffrey of Monmouth.-In: Meelanges de langue et litterature francaise au Moyen Age offerts a Pierre Jonin. Aix-en-Provence, 1979, p. 661-672.


Бобович А. С.
(выдержка из предисловия к изданию
"Гальфрид Монмутский. История бриттов. Жизнь Мерлина". М. Наука. 1984)

Читайте на сайте "Монсальват"
хронику Гальфрида Монмутского "История бриттов"

 

К словарям "Монсальвата"

К терминологическому словарю

К словарю имен

К словарю географических названий

 

Оглавление раздела "Проявления духа времени"
 
Историко-искусствоведческий портал "Monsalvat"
© Idea and design by Galina Rossi

created at june 2003
 
Проявления "духа времени"    Боги и божественные существа   Галерея   Короли и правители  Реликвариум  Сверхестественные существа    Герои и знаменитости   Генеалогии   Обновления      
 
 
              Яндекс.Метрика