в средневековой Англии

Со второй половины XIIв. власть короля стала направляться на развитие права. Реформы Генриха II расширили поле королевской юрисдикции за счет баронской: в компетенцию королевских судов были включены все уголовные дела, подавляющее большинство гражданских исков, связанных с землей. Баронским судам остались иски о мелком воровстве, хулиганстве, иски вилланов. Было отменено сакральное судопроизводство (ордалия, поединок) и введен инквизиционный процесс—расследование через присяжных. Расследование через присяжных возобладало к началу XIIIв. не только в королевских, но и в местных судах, городских куриях и т.д. Для обращения в королевский суд нужно было только иметь деньги. Наконец, были ограничены иммунитетные права баронов в судах и в административном управлении. Король разрешил шерифам проверять «свободные поручительства» в баронских судах и ловить подозреваемых преступников в любых владениях страны.

Мальбороский статут 1267г. запретил баронам принуждать своих свободных держателей являться в их курии, судиться в своих куриях по земельным искам без королевского приказа и рассматривать апелляции по решениям курий их вассалов. Шерифам было разрешено освобождать арестованный скот, находившийся на территории барона.

I Вестминстерский статут 1275г. запретил баронам привлекать в свои суды тех, кто совершил правонарушения вне владений барона, но был задержан на его территории.

II Вестминстерский статут 1285г. разрешил шерифам вступать на территорию тех лордов, которые хотя бы раз не выполнили приказ короля. Тем самым отменялась иммунитетная привилегия баронов.

Феодальные иммунитеты были подорваны Глостерским статутом 1278г., который объявил проверку иммунитетных привилегий всех английских баронов судебным путем. Баронам надлежало предъявлять в суде хартии или другие документы и отстаивать свой иммунитет в суде против короля. Этот статут подчинил все суды правовым нормам, принятым в королевском суде.

К концу XIIIв. судебная власть в Англии была в значительной мере сконцентрирована в руках короля и контролировалась его аппаратом. Кроме того, была, наконец, создана унифицированная система права, без которой расширение королевской юрисдикции было невозможно. Надзор за всеми королевскими судами обеспечивали общие на территории всей Англии процессуальные нормы. Так к концу XIIIв. постепенно сложилось общегосударственное право, получившее название «общее право». Только вилланские суды придерживались местного обычного права. Главным достоинством общего права Англии было отсутствие каких-либо различий и правовых привилегий внутри свободной части населения страны, что было одной из норм североморской культуры. Общее право формировалось, это надо еще раз подчеркнуть, не законотворчеством, а деятельностью королевских судей и юристов, осуществлявших правосудие. Они пользовались лексикой и образцами римского права, которое, как известно, служило императору, дабы его власть сделать абсолютной, но не допускали противоречий основным принципом английской культуры, так как формально нельзя было нарушить данное Вильгельмом Завоевателем обещание соблюдать законы короля Эдуарда и подобные обязательства последующих королей Англии. Фактически же соблюдение норм культуры народа было обязательным условием предотвращения бунтов.

До середины XIIIв. общегосударственные законы принимались под давлением оппозиции—Великая хартия вольностей (1215), Оксфордские (1258) и Вестминстерские (1259) провизии. По инициативе короля был издан только один статут—Мертонский (1236).

С середины XIIIв. королевская власть начинает формировать общее право. В 1267г. Генрих III сам переиздает Мальбороский статут и почти без изменений Вестминстерские провизии. За 35 лет правления Эдуарда I было издано 31 постановление разного рода, главным образом для устранения противоречий между существовавшими нормами общего права, их уточнения, дополнений, а также упорядочения судебной процедуры, борьбе с злоупотреблениями судей и других чиновников. Среди них I и II Вестминстерские статуты, Глостерский статут о мертвой руке (о церковных землях) (1279), Винчестерский статут о вооруженных силах и дорогах, о внешней торговле и кредите (1303), о монетном обращении (1299).

Причины законотворчества были самыми прозаическими, например, до 1283г. в общем праве отсутствовали быстрые способы взыскивания долгов с должников. Они были введены статутом о купцах 1283г. [10, 50—58].

Королевская власть к концу XIIIв. в значительной мере ослабила свою зависимость от крупных феодалов. Процесс централизации государства набирал силу, а по мере централизации менялся и суд. Феодальные источники пополнения королевской казны составляли существенно меньше 1/3 всех поступлений в казну. Армия постепенно становилась наемной: к концу XIIIв. доля рыцарей, несших феодальную воинскую повинность, упала ниже 10% от имевшегося в стране их количества. Даже ополченцы, лучники и арбалетчики получали плату, тем более что вооружались они за собственный счет.

Все изменения в области суда и организации войска требовали расширения и усложнения государственного аппарата, в том числе и на местах. Важной особенностью контроля за местными судами и властями в Англии со времен Генриха II стали, как упоминалось, выше разъездные суды. Но это были выездные сессии центральных судов. До середины XIIIв. они были редки—одни раз в 7 лет, но их компетенция была очень широка: они разбирали все иски, подсудные короне или затрагивавшие ее материальные интересы, производили арест преступников, так же как и «освобождение тюрем», вели расследования по утвержденному высшей властью опросному листу, большинство пунктов которого касалось нарушений прав короны и злоупотреблений местных судов и чиновников; они же налагали штрафы на виновников этих злоупотреблений. С начала XIIIв. были введены объезды для расследования только лишь нарушений прав короны и злоупотреблений чиновников или владельческих прав и доходов феодалов. Со второй половины XIIIв. стали практиковаться судебные объезды специально для разбора дел по земельным искам. В 1276г. вся страна была поделена на несколько областей с прикреплением двух судей к каждой. С 1285г. ассизные (по земельным спорам) судьи стали посещать каждое графство не реже, чем 3 раза в год, а с 1293г. они стали заседать непрерывно в определенные дни. Король, заботясь о своих финансовых интересах и опасаясь сговора чиновничества, ввел судебный, а значит, публичный, открытый контроль за местными властями и судами. Это соответствовало культурным традициями англичан с древних времен.

Под контроль королевских разъездных судов попало и местное самоуправление—собрания сотен и графств, представлявших собой традицию народных сходок дофеодального периода, причем столь прочную, что эти органы просуществовали до конца Средних веков. Их живучесть объясняется тем, что в Англии всегда был, а в нормандский период и возрастал слой особо стойких носителей английской культуры—свободных крестьян, нуждавшихся в этом органе. С начала XIIв. английские короли стремились укрепить их, подчинив влиянию местного шерифа и дав тем самым шерифу точку опоры на месте. Генрих I распорядился, чтобы собрания сотен и графств собирались в тех же местах и в том же составе, что и до нормандского завоевания. Генрих II, правда, ослабил влияние собраний, изъяв большинство наиболее важных исков из их компетенции, но одновременно другой мерой укрепил их значение, поручив им назначать присяжных для расследования всех дел подсудных короне, а также «обвинительных присяжных» для общих расследований во время судебных объездов.

Выбиравшиеся на собраниях графств сборщики налогов имели доступ на все иммунитетные территории. Собрания были многочисленными и выражали общественное мнение не только зажиточной части населения, но и в определенной мере массы свободных держателей графства. Самоуправление со времен нормандской эпохи было предохранительным клапаном от взрыва котла народного недовольства англосаксов.

Одновременно с развитием местного самоуправления нормандцы для укрепления своей власти на местах ставили своих людей на должности шерифов. До середины XIIв. они назначались из числа знати, но позже стали обычными чиновниками, назначаемыми центральным правительством. Шериф занимался королевскими финансами, был главой местной юрисдикции, возглавлял войско графства. Два раза в год шериф совершал судебные объезды, во время которых специальные комиссии присяжных в каждой сотне сообщали ему обо всех правонарушениях, совершенных в графстве [10, 79—84]. На собраниях графств под надзором шерифа совершались всякие сделки.

Уже неоднократно упоминалось, что реальная жизнь в Англии в XII—XIIIвв. была далеко не идеальной: требовались незаурядные способности и возможности для того, чтобы отстоять себя в борьбе с людьми, имевшими власть и деньги. Чиновники злоупотребляли своим положением и не брезговали прямым насилием. В XIIIв. взяточничество в среде судейских чиновников стало повсеместным явлением. Статуты XIIIв. регулярно запрещали чиновникам заниматься мздоимством в любой форме, но все это было безрезультатно. В 1289г. Эдуард I сместил за взяточничество двух судей королевской скамьи из трех и четырех судей суда общих тяжб из пяти! При этом он конфисковал у них огромные суммы денег, награбленные с помощью взяток [10, 168]. Яркие и многочисленные свидетельства коррупции, основанные на документах, приведены в работе Е.В.Гутновой [10, 169—173].

Члены королевского совета с 1237г. стали приносить особую присягу королю, но если до конца XIIIв. такая присяга была нерегулярной, то с 1307г. она стала обязательной. Кроме обычных обязательств верности королю и сохранения тайны, присяга, состоявшая из девяти статей, содержала две примечательных клятвы: во-первых, не делать и не советовать ничего такого, от чего король мог бы лишиться каких-либо свои коронных владений, и, во-вторых, хорошо соблюдать свои функции по отношению к подданным короля, быть беспристрастным в своих решениях и не отказывать в правах никому, независимо от личного к нему отношения, от его положения и сословия. Текст клятвы свидетельствует о желании королей Англии (а текст присяги существовал с 1257г.) не возмущать спокойствия англосаксонского населения и держать в узде нормандских баронов.

В конце XIIIв. королевский совет стал высшим контролирующим органом центрального государственного аппарата, органом законодательной инициативы, он решал вопросы внешней политики, рассматривал петиции, поданные королю, и, главное, стал высшей судебной инстанцией в стране. К нему стекались апелляции всех других королевских судов, суд стал арбитром в спорах крупнейших феодалов. Этот был единственный суд, заседавший в присутствии или при участии короля.

Суд королевской скамьи, заседавший без короля и выделившийся для того, чтобы не следовать за королем в его разъездах (Великая хартия вольностей определила место этого суда в Вестминстере), в 1224г. отделился от суда королевского совета и в определенной мере утратил свою силу. Итак, с середины XIIв. и до конца XIIIв. шла централизация королевской власти Англии. И король, и бароны, будучи французами, стремились получить поддержку народных масс англосаксов в борьбе между собой. Это своеобразное общественно-историческое явление и позиция церкви привели к превалированию североморской культуры англосаксов над феодальной культурой аристократической верхушки.

Практически полнота королевской власти определялась реальным соотношением социальных сил в стране в каждом конкретном случае. Если король имел много денег, обладал военными силами и пользовался поддержкой большей части свободного населения, он мог безнаказанно нарушать феодальные обычаи. Но если его вассалы-бароны объединялись, особенно если привлекали на свою сторону часть свободного населения, и поднимали восстание, король вынужден был отступать перед феодальным обычаем и их военной силой. «…Королевская власть… все более и более приобретала характер общественной власти» [10, 86—96].

В 18.1. были рассмотрены ошибки королевской власти, повлекшие возникновение английского парламента. Теперь же целесообразно рассмотреть процессы, протекавшие в народных массах, которые привели к парламентаризму как отражению древней традиции североморских народов—решения общественных проблем на сходах.

Бароны организованно выступили в 1215г. Они поступили расчетливо, поведя за собой рыцарство, свободное крестьянство, церковь и горожан. Имея опыт политической деятельности, бароны и церковь сформулировали все свои требования в Великой хартии вольностей полно и ясно. Рыцари и горожане довольствовались минимально необходимыми, жизненно важными требованиями, которые были зафиксированы не столь отчетливо и подробно, как те, которые отражали интересы баронов. Но это было первое политическое выступление рыцарей и горожан, положившее начало консолидации новых политических сил в стране.

Столь широкий союз стал возможен из-за произвола королевской власти. Поиск совпадения интересов продолжался, и это являлось особым видом деятельности, дававшим вклад в процесс формирования сознания людей.

В 1232—1258гг. баронская оппозиция королю оформилась организационно. Ее центром был Великий совет—собрание крупнейших духовных и светских феодалов, собиравшийся 2—3 раза в год королем. Оксфордские провизии (см. выше) были вручены королю комиссией 24-х баронов. Вся власть передавалась совету 15-ти баронов, которые полностью контролировали короля и смещали назначенных им должностных лиц. Оксфордские провизии предусматривали расследование злоупотреблений королевских чиновников, введение выборности шерифов и запрещали судьям брать взятки. После оглашения провизий баронский совет изгнал наиболее ненавистных иностранных советников короля и вообще иностранных феодалов.

Произвол чиновников бароны заменили своим собственным. Начался период баронской смуты. В октябре 1259г. совету 15-ти была подана петиция «бакалавров-рыцарей и свободного крестьянства», которые за 16 месяцев смуты убедились в том, что бароны не станут добиваться чаяний рыцарства и свободного крестьянства. Бароны предупреждались, что совет 15-ти будет упразднен, а для вящей убедительности бакалавры обратились к наследнику престола Эдуарду с просьбой о поддержке, которую он немедленно обещал. В результате этих событий появились Вестминстерские провинции (см. выше), разрешавшие конфликты арьервассалов с их сеньорами в пользу первых, а также улучшавшие систему местного управления и судопроизводства [10, 284—297].

Борьба в 1258—1267гг. была гражданской войной. Эдуард I маневрировал между общественными силами, что отразилось в его законодательстве. Когда он, полагая, что раны гражданской войны зажили, в 1296—1297гг. временно отошел от политики соглашений, страна вновь оказалась накануне политического кризиса. Причиной недовольства стала война с Францией, начатая в 1294г. Возникла новая коалиция во главе с баронами. Однако в документах 1297г. интересы баронов (знамение времени!) тонут в требованиях рыцарей и горожан.

Итак, если в 1215г. баронство вело рыцарство, свободное крестьянство и горожан, то в 1258—1267гг. оно сопротивлялось их требованиям, а в 1297г. уже вынуждено было следовать за рыцарями, фригольдерами и горожанами. Итогом кризиса 1297г. стало окончательное признание за парламентом права финансового контроля над правительством. Тем самым он окончательно утвердился, за ним закрепилось название «парламент», и он стал постоянно действующим сословно-представительским собранием. В парламенте высшая знать была представлена постоянно. Все эрлы (после 1283г. их было 12) всегда были в парламенте. Бароны же приглашались не все. Их было около двухсот, но только четверо из них были постоянными советниками короля. Все епископы и архиепископы были участниками всех парламентов. Аббаты приглашались выборочно. Из 953 монастырей 225 принадлежали бенедиктинцам, 230—августинцам, 72—цистерцианцам, 38— премонстрантам. Только они допускались в парламент. Ордена нищенствующих монахов в расчет не принимались.

В источниках XIIIв. понятия «барон» и «рыцарь» не определены. Однако в парламент избирались только рыцари, «опоясанные мечом». По закону, человек, имевший доход 20 ф. и более, был обязан быть рыцарем. В анкету королевского расследования 1274г. был специально включен вопрос о шерифах и бейлифах, бравших взятки за отсрочку принятия рыцарского звания, которого избегали из-за дополнительных обязанностей, таких как участие в ассизах, замещение административных должностей в графствах (сборщиков налогов, депутатов парламента и т.п.). Шерифы принуждали малоимущих рыцарей представлять графства в парламенте. Такие рыцари были меньшими собственниками, чем многие свободные крестьяне. Рыцари графств в парламенте были выразителями интересов общины.

Все феодалы, пользовавшиеся иммунитетным правом (шериф не имел права доступа на их территорию), освобождались от местных налогов и обязанности регулярно посещать собрания сотен и графств, поэтому собрания, избиравшие парламентариев и администрацию, состояли из свободных держателей, не способных отказаться от участия в них [10, 297—377]. Это было второй причиной представительства малоимущего рыцарства в парламенте.

Забегая вперед, добавлю, что начиная с 1429г. на выборы в парламент стали допускаться те фригольдцы, которые имели земельный доход 40 ш. в год и более. В то время в Англии доля зажиточных фригольдеров во всем свободном крестьянстве составляла 23%.

В 1265г. горожане получили приглашение в парламент Симона де Монфора, но затем это делалось нерегулярно, и только с 1297г. они стали постоянными его участниками. В XIIIв. в парламент избирали хотя бы один раз представителей 177 городов, т.е. от 63% городов Англии того времени, причем приглашались наиболее развитые в экономическом отношении города. Избирались главным образом горожане из числа богатых купцов, богатых городских землевладельцев, в то же время занимавших высокие посты в городском управлении. Состав парламентариев от некоторых городов был практически постоянным. Отцы городов предпочитали держать все события под своим контролем. В XIII—начале XIVвв. в среднем по всем созывам парламент состоял из 130 магнатов, 73 рыцарей графств, 160 горожан и 30—40 советников короля [10, 378—415].

В XIIIв. роль горожан в парламенте была не велика. Города уже к концу XIIIв. стали основным источником налогов в стране (36% ежегодно), однако мнение баронов и рыцарей, переваливавших тяжесть налогов на города, в силу традиции и бльшего количества голосов было решающим. Горожанам еще предстояло завоевать свои позиции в парламенте, чего они и добились упорной и регулярной борьбой за свои права по мере накопления богатства, а значит, финансовой силы. Парламент стал школой мужания политической воли горожан в процессе парламентской деятельности [10, 513].

Активное и постоянное участие парламента в утверждении налогов в конце XIIIв. несомненно. Эта функция парламента принадлежала только ему, и никаким другим органом не дублировалась. Однако разрешение касалось только налогов на движимость, составлявших 30% всех доходов правительства.

В XIIIв. парламент не издавал законов. Иногда король передавал законы на утверждение парламенту, но это не было установившимся обычаем или правилом. Например, Эдуард I долго не решался на изгнание евреев, так как с ростовщичества он имел «еврейскую талью». Но парламент в июле 1290г. настоял на таком решении короля и утвердил его. Подобных случаев было немного. Это происходило тогда, когда королю нужно было разделить ответственность с народом и получить у него уступки. Так, за изгнание евреев король получил 1/15движимых имуществ [10, 415—468].

Обычай подавать на имя короля петиции, содержавшие требования изменений законов или административной практики, устранения злоупотреблений чиновников и баронов в интересах различных слоев населения, существовал в Англии задолго до возникновения парламента. Но это были частные или групповые петиции. С появлением парламента стали возможны коллективные петиции от общин графств и городов по наказам собраний общин. Практика подачи парламентских петиций утверждалась постепенно в процессе политических столкновений конца XIIIв., которые происходили во время сессий парламента. Король упорно не желал принимать эти петиции и признавать их законность, рассматривая парламентские петиции как превышение полномочий, предписанных парламенту королевской властью. В XIIIв. король выполнял требования, изложенные в петициях, изредка, под давлением обстоятельств для того, чтобы вскоре отказаться от данных обещаний. И все же к концу царствования Эдуарда I право подачи парламентских петиций было признано за парламентом в качестве одной из его функций, что налагало некоторые ограничения на действия короля и постепенно превратилось в право законодательной инициативы парламента [10, 441, 464]. Парламент стал органом, в который со временем общественные конфликты были перенесены с улицы. С возникновением парламента в Англии утвердился новых тип государства—феодальная монархия с сословным представительством, или сословная монархия.

Фрагмент из книги: Л.А. Асланов "Культура и власть"

 
 
Оглавление раздела "Проявления духа времени"  
 
Историко-искусствоведческий портал "Monsalvat"
© Idea and design by Galina Rossi
created at june 2003 
 
Проявления "духа времени"    Боги и божественные существа   Галерея   Короли и правители  Реликвариум  Сверхестественные существа    Герои и знаменитости   Генеалогии   Обновления      
 
 
              Яндекс.Метрика