Но не так было с пресловутой «десятиной Саладина», собираемой в пользу крестоносцев, отправляющихся, чтобы отнять у Саладина Иерусалимское королевство. Начиная с января 1188 г., короли Франции и Англии уговорились относительно мер, которые должны были быть при этом приняты, предварительно посоветовавшись с баронами и прелатами своего королевства (1) . За указом, изданным в Ле Мансе Генрихом. И после нового собрания, в котором соединились прелаты и бароны, прибывшие из Англии с владельцами материковых ленов, последовал в, марте указ Филиппа-Августа (2); оба текста взаимно разъясняют друг друга. Все клирики, все, миряне, — знатные, горожане или крестьяне, — которые не приняли крест, должны под страхом отлучения от церкви уплатить десятину, т. е. десятую часть своего движимого имущества и всех своих годовых доходов. Горожане и крестьяне, принявшие крест, освобождались от десятины только в том случае, если они сделали это с согласия своего сеньора. Сбор, полученный, от этой десятины, должен быть передан сеньору, — церковному или светскому, — той земли, на которой жили плательщики, если этот сеньор был крестоносцем (в противном же случае деньги, без сомнения, должны были перейти к ближайшему из стоявших над ним сюзеренов, который принял крест). Согласно указу Генриха II, сбор должен производиться в каждом, приходе священником, архипресвитером данного округа, тамплиером, госпитальером, одним оруженосцем и одним клерком короля, одним оруженосцем и одним клерком епископа. В случае спора дело должно быть решено на основании клятвенного показания семи нотаблей во Франции, четырех или шести — в Англии. Клирики во Фракции: добились оговорки» что они имеют дело только со своим епископом, который уже передаст собранную с них десятину кому следует.
Эти указы имели целью снабдить отправляющихся в крестовый поход сеньоров средствами для существования и для содержания своих спутников; они ее представляли никакой непосредственной выгоды для королевских финансов. Но они позволяли Филиппу-Августу, как и Людовику VII, издавать законы для всего королевства, прикрываясь интересами Христа. Дополнительный указ в марте 1188 г. об отсрочках должникам-крестоносцам и об отмене процентов, изданный Филиппом „по совету с архиепископами, епископами и баронами земли, также имел общегосударственный характер и также был санкционирован угрозой отлучения от церкви (3).
Так вооружила королевскую власть церковь, повинуясь святому престолу и непреодолимому влечению христианских душ. Папа приказал епископам «проявить щедрость, увлечь свою паству своим примером, вызывать устройство собраний» (4). Но недовольство было огромно. Литература того времени полна жалоб. Очевидно, происходили злоупотребления и скандалы: разоряли бедняков, видели, как какой-нибудь Арнульф де Гин тратил на кутежи деньги, которые ему приносили, а епископ дургемскии покупал себе на них драгоценную посуду (5). Но церковь особенно, боялась того, чтобы это не стало прецедентом. Выдающиеся клирики, как Петр Блуаский и аббат св. Женевьевы в Париже, подстрекали духовенство к ослушанию. Петр Блуаский считал неслыханным, чтобы «защитники церкви ограбляли ее, вместо того чтобы обогащать добычей, полученной от победы»; он говорил, что король Франции должен требовать от духовенства только молитв: «плата десятины станет общераспространенной привычкой, и церковь попадет в постыдное рабство» (6). Генрих II и Ричард Львиное Сердце не слушали воплей попов и требовали уплаты (7). Но Филипп принужден был уступить. По прошествии года он отменил десятину Саладина по соглашению со своими баронами. Это самое поразительное доказательство могущества церкви во Франции в эту эпоху. Вот начало указа об отмене, постановленной на собрании, бывшем в Париже в середине 1189 г.; в этом указе король Франции как будто приносит публичное покаяние:
«Десятина для возвращения Святой Земли была собрана один раз. Чтобы безмерность этого дела не послужила примером для будущего, мы, по общей просьбе церковных людей и князей, постановляем этим законам, который сохранит свою силу навсегда, что больше ничего не станут требовать на будущее время на основании этого незаконного побора или по другому подобному поводу. Так как эта помощь, благочестиво предложенная, должна служить для спасения душ верующих, то бог будет скорее оскорблен, чем ублаготворен, предложенной ему жертвой из слез бедняков и вдовиц. Для того, чтобы ни мы, ни другие не могли впредь покуситься: на что-либо подобное, мы, властью королевской и публичной властью всех людей церкви и князей королевства, постановляем, что настоящий закон должен не допустить нас осмелиться на подобное дело под страхом вечного осуждения; если, по безрассудной дерзости, мы или кто-нибудь другой покусится на такое дело, мы приказываем считать это недействительным» (8).

Примечания:

1 CCXI, И, стр. 52 и сл.; здесь собраны впервые все документы, французские и английские, относящиеся к этому вопросу
2 CIV, № 229
3 CIV, № 228
4 CCXI, II, стр. 51
5 CCXI, И, стр. 69 и cл., 82—83
6 ХС, I, epist. 20, 112, 121
7 CCXI, II, стр. 62, 88; DLXXXIX, стр. 447 я сл.
8 CIV, N 252. Cartellieri (ССX1, II, стр. 84), по-видимому, не понял характера этого акта

 
Оглавление раздела "Проявления духа времени"  
 
 
Историко-искусствоведческий портал "Monsalvat"
© Idea and design by Galina Rossi
created at june 2003 
 
 
Проявления "духа времени"    Боги и божественные существа   Галерея   Короли и правители  Реликвариум  Сверхестественные существа    Герои и знаменитости   Генеалогии   Обновления      
 
 
              Яндекс.Метрика