Global Folio Search
использует технологию Google и предназначен для быстрого поиска книг в сотнях интернет - библиотек одновременно. Индексирует только интернет-библиотеки содержащие книги в свободном доступе
 
 
 
 
 
 
  Рассылки   Subscribe.Ru
Новости портала  "Монсальват"
 
 

Анджей Сапковский    Мир короля Артура    
стр. 13    


и вводящее в состав рыцарей Артура вышеназванного Персефореста (“Продирающегося сквозь пущу”). Миф получает популярность также в менее связанных с легендой
странах - Ланселот Озерный становится героем анонимного нидерландского эпоса. В Португалии (Кастилии?) другой анонимный автор лепит очередного “нового” героя легенды Амадиса де Гауля, или валлийца, именуемого также Рыцарем Непобедимого Меча. Повесть об Амадисе завоевывает популярность, она упоминается в “Дон Кихоте” Сервантеса. Под именем “Амадиджи” Амадис Галльский попадает в итальянскую поэзию (Бернардо Тиссо). Ну и наконец пришел час лавровых венков и короны, час самой полной и самой известной версии повествования о “Короле Альбиона” и его рыцарях. В лето Господне 1485-м рыцарь Томас Мэлори окончил работу над делом своей жизни “Le Morte d'Arthur” (“Смерть Артура” - не путать с аналогичным названием одной из частей “Цикла Вульгаты”) <Вообще-то 1485 год не окончание работы, а публикация. Окончена книга в 1469 году.>. Это нерушимый памятник легендарному королю и прекрасным, добропорядочным минувшим рыцарским временам. Следует знать, что большая часть произведения была создана автором в темнице, в которой благородный рыцарь Мэлори отсидел несколько добрых десятков лет за.., вооруженное нападение и изнасилование женщины. Мэлори собрал и использовал все, что создали его предшественники, поэтому неудивительно, что “Смерть Артура” так объемиста и полна, а местами даже грешит избыточностью. Меж тем за решетками узилища кипела братоубийственная, кровавая и жестокая война Двух Роз, в которой рыцарские идеалы и достоинство расползались в крови, грязи и мерзости полей битв Уокфилда, Босворта, Барнета и Тьюксбери. Поэтому нет ничего
странного в том, что произведения Мэлори переполняют ностальгия, тоска и пронзительное memento mori. "Смерть Артура” - книга, прекрасно и мастерски написанная, представляющая собой один из самых любопытных примеров английской прозы вообще. Она также побила все рекорды, которыми мало какая книга - кроме Библии - может похвалиться. С момента издания в 1485 году в известной в то время по всей Европе типографии Уильяма Кэкстона в Вестминстере и по сей день “Смерть Артура” ни на минуту не была “out of print” <ни в печати, ни в продаже (англ.).> - не было такого момента, чтобы эту книгу где-нибудь да не печатали и не продавали. Правда, от первоначальной версии Мэлори осталось немного. Достаточно сказать, что авторского текста не видел ни один человек - уже Кэкстон при первом наборе порвал рукопись и изменил последовательность разделов (книг). С той поры книгу перерабатывали многократно - редактировали, перередактировали, сокращали, переписывали наново, отрабатывали новые версии на основе якобы найденных манускриптов, заменяли на версии для детей малюсеньких, малых, средних и выросших, переделывали в оперу и фэнтези, а фэнтези в мюзиклы, и наконец, из нее сделали фильм и переработали в фабулярную игру role playing game. Таким образом, “Смерть Артура” стала классикой, а нарисованная в версии Мэлори картина закрепилась как обязательный, классический образ мифа об Артуре. Да, именно обязательный. Литература полностью вытеснила историю и реальность - если, конечно, принять, что Артур - лицо реальное. Рассуждения “историков” и “реалистов” мы слушаем без удовольствия либо с ходу отметаем. А, пусть себе болтают, что, мол, у Камелота, если он вообще существовал, не могло быть высоких стен и
стрельчатых, расцвеченных знаменами башен, а напоминал он скорее всего холм, на вершине которого за деревянным частоколом стояла крытая соломой хибара. Пусть говорят, что Артур, Ланселот и Гавейн не могли в V-VI веках носить полных пластинчатых лат и шлемов с подвижными забралами, что носили они в лучшем случае примитивные кольчуги либо римские лорики <панцирь из кожи с медными бляхами.>, надетые на бараньи кожушки и шерстяные тартаны <шотландская шерстяная ткань в разноцветную клетку.>; что “рыцарский турнир” был для них понятием абсолютно неизвестным, а ни один из принимаемых нами сегодня за добрую монету рыцарских обычаев либо церемониалов (например, посвящение) не существовал даже в зародыше. Что состязания на пиках, этот столь любимый нами зрелищный вид рыцарского поединка, был во времена Артура совершенно невозможен - в Европе в те времена еще не знали
стремян, без которых такая борьба неосуществима, и еще не изобрели пустотелых пик, которые можно было бы крушить. Наконец, что “сэр Ланселот” или “сэр Гавейн” не могли быть никакими “сэрами”, ибо титул этот (равно как и саму идею рыцарственности, какую мы сейчас имеем в виду) принесли в Англию лишь норманны Вильгельма Завоевателя... Пусть “реалисты” твердят, что хотят и сколько хотят, мыто знаем лучше! Литература - всегда права! Если б не Гомер, мы не только не ведали бы, как проходила осада Трои, а и вообще б не знали, что такое событие “имело место быть”. Ни один историк не помог нам представить себе Рим Августа, Калигулы и Клавдия так, как это сделал Роберт Грейвс. О том, что творилось в России в 1812 году, мы знаем из романа Толстого. Образ Польши времен Мешка и Болеслава Храброго знаем из Бунша и Голубева, Первый Крестовый поход и завоевание Иерусалима - от Коссак-Щуцкой, а о польско-казацких войнах и шведском нашествии нас исчерпывающе информирует Сенкевич. И так далее. То же самое и с артуровским мифом. Все было так, как написано в “Смерти Артура” Томаса Мэлори.., вернее, в той переработке Мэлори, которую мы читали. Шутки в сторону. Ясное дело, именно “историки” и “реалисты” правы. Кретьен де Труа и Мэлори фантазируют и украшают факты. Артур был бриттом, кельтом. Его

* * *

Оглавление темы     Примечания
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
              Яндекс.Метрика