Global Folio Search
использует технологию Google и предназначен для быстрого поиска книг в сотнях интернет - библиотек одновременно. Индексирует только интернет-библиотеки содержащие книги в свободном доступе
 
 
 
 
 
 
  Рассылки   Subscribe.Ru
Новости портала  "Монсальват"
 
 

Ги де Лузиньян становится регентом

Гийом Тирский

Guy Lusignan Becomes a Regent. William of Tyre, Historia rerum in partibus transmarinis gestarum.
Перевод с английского Павла Созонова.
На русском языке публикуется впервые.
Правами на публикацию данных материалов по поручению переводчика распоряжается администрация портала "Монсальват". Любое воспроизведение данного материала в целом либо его части запрещается без согласия администрации портала "Монсальват".

Внутренние раздоры в пределах Латинских государств делали принципиально важным для латинских поселений на Востоке пребывание в мире с их мусульманскими соседями. В то же время анархия во внутренней политике латинских государств и недостаток эффективной организации для осуществления политики внутри государств, делали маловероятным то, что мир в дальнейшем мог бы быть сохранен. Группа вновь прибывших, по большей части, предпочитала войну с мусульманами. Война против неверных была необходима для достижения целей этой группировки. Условия соглашения заключенного в 1180 году между Саладином (1) и латинянами гарантировали свободные коммерческие связи между христианской и мусульманской территориями. Прохождение караванов мусульманских торговцев через удерживаемую латинянами территорию было постоянным приглашением [к разбою] беззаконных и безответственных людей [в королевстве], которых не легко было контролировать правительству Латинских государств. Богатые караваны, принадлежащие торговцам из неверных, проходили постоянно перед глазами таких людей в Латинских государствах и они [эти люди] хорошо знали, что король и бароны государства вряд ли предпримут серьезные ответные меры против человека, который бы уступил искушению и ограбил караван. Хотя такой образ действий мог нести в себе угрозу войны, все же война сама по себе несла благоприятную возможностью также как и опасность для тех, кто был достаточно умен, чтобы не упустить главный шанс. Летом 1181 года, Реджинальд Шатийон (2), статный, дерзкий участник группы вновь прибывших, поддался соблазну легкой добычи и напал на караван [следовавший] по пути из Дамаска в Мекку. Саладин пожаловался латинским властям на нарушение договора. Обессиленный латинский король (3) не мог ничего сделать для того, чтобы обеспечить возмещение. После заключения в тюрьму пятнадцати сотен пилигримов в Дамьетте как заложников, Саладин взялся за войну. Саладин и его египетские силы уклонились от армии Латинского Королевства, пересекши Синайскую пустыню [в направлении] к Дамаску. Оттуда мусульмане вторглись в Латинские государства в июле 1182 года. Кампания, однако, была не завершена. Обе стороны претендовали на победу и отступили, дабы подготовиться к дальнейшим военным действиям. В 1182 году Балдуин IV заболел так мучительно, что продолжать личное управления делами стало [для него] невозможно. Регентство опять стало необходимо.


Пока армия ожидала в этом состоянии неопределенности у источников Сафурии, король находился в Назарете, страдая от жестокой лихорадки. Его проказа, которую он получил с начала своего правления и, на самом деле, с ранней юности, сделалась хуже, чем обычно. Он потерял свое зрение, а его конечности были покрыты язвами так, что он был неспособен пользоваться ни руками, ни ногами. Хотя некие люди советовали ему сложить с себя свои королевские обязанности и обеспечить себе достойную и спокойную жизнь, тем не менее, доныне он отказывался пренебречь [своим] королевским достоинством и управлением [королевстовом]. Хотя его тело было немощным и бессильным, ум его был все ещё силен и энергичен. Дабы скрыть свою болезнь и продолжать [исполнять] королевские обязанности, он трудился выше своих сил.
Он был очень плох, как я сказал, по причине лихорадки, и уже отчаялся выжить. Тогда он созвал к себе своих принцев и в присутствии своей матери и владыки патриарха он назначил Ги де Лузиньяна (4), графа Яффы и Аскалона, который был мужем его сестры… регентом королевства. Он сохранил за собой королевский титул и удержал лишь город Иерусалим и годовой доход в десять тысяч золотых монет. Он предоставил Ги свободное и общее управление оставшейся частью королевства и приказал своим преданным людям и всем своим принцам, стать вассалами Ги и присягнуть ему в верности. Это было сделано. Говорят, что по приказу короля, Ги первым поклялся, что пока король жив, он не будет передавать никому другому никакой из замков, принадлежащих в настоящее время королю, и что он не будет отчуждать ничего из казны. Считается, что это было тщательно и весьма старательно предписано ему, и что он был обязан принять торжественную клятву, что будет преданно соблюдать эти условия, в присутствии всех принцев. Так было сделано потому, что Ги обещал почти каждому из великих принцев не малую часть королевства для того, чтобы добиться их поддержки и их голосов чтобы достигнуть положения, к которому он стремился. Говорили также, что он дал такую же клятву принцам, что он выполнит свои обещания. Я не могу утверждать это положительно, потому что не имею точных доказательств. Постоянная молва об этом, однако, распространялась среди людей.

* * *

Оглавление темы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
              Яндекс.Метрика