Global Folio Search
использует технологию Google и предназначен для быстрого поиска книг в сотнях интернет - библиотек одновременно. Индексирует только интернет-библиотеки содержащие книги в свободном доступе
 
 
 
 
 
 
  Рассылки   Subscribe.Ru
Новости портала  "Монсальват"
 
 

Франко Кардини
Конный воин в «темные века» (6 – 9 вв.)
стр. 2

что свита королей или военачальников — неважно, называется ли она comitatus, gasindium, trustis или contubernium, а члены ее соответственно именуются milites, comites, pueri, custodes, gasindi, antrustiones, contubenales, buccellaril, viri fortissimi, gens armata и т. д.,— занимает в романо-варварских королевствах почетное место. Прежде всего это касается их образа жизни. Высокий социальный статус обеспечивается благодаря близости к особе государя и постоянному участию в войне — занятии, единственно достойном звания свободного человека. Естественно, во всех этих дружинах, особенно в так называемых «частных», принадлежавших высшим сановникам, царила атмосфера авантюры и «незаконности» (правда, последний термин недостаточно точен), которая была описана еще Тацитом. Но в большей мере подобная атмосфера была характерна для дружин викингов, где действовали изверги-звери — берсеркры. Каждый уважающий себя свободный германец был хорошим крестьянином и бравым воякой. Но воины-профессионалы в основном рекрутировались из числа изгоев общества — преступников, изгнанников, чужеземцев, то есть тех, кто нуждался в покровительстве сильных мира сего, чтобы укрыться от какой-либо опасности. Взамен от них требовались физическая сила и военный опыт — умение убивать. Григорий Турский презрительно называет этих воинов «гладиаторами» и «сикариями», обличает бандитские нравы так называемых телохранителей и наемных убийц, рискующих жизнью во имя творящих злодеяния вождей. Члены королевской свиты (comites regis) были в курсе всех тайн короны. Их власть и престиж фактически были равными власти и престижу высших государственных чиновников. Сикарии, находившиеся на содержании какого-либо магната, занимавшегося своими частными войнами, были, разумеется, на порядок ниже королевских наемных убийц. Однако роль, которую играли как те, так и другие, по сути дела, была одна и та же. Это необходимо подчеркнуть, хотя и невозможно выразить в количественных показателях весомость этого института в раннесредневековом романо-германском обществе. Институт этот был довольно-таки широко распространен. Различные воинские отряды такого типа отличались друг от друга лишь масштабами деятельности. Иногда, если речь шла о королевских дружинниках, они становились постоянным войском, отличавшимся от народного ополчения, в которое по призыву собирались все свободные люди. Отличие количественное и качественное как в том, что касается набора и функций, так и в военной специфике и эффективности. Главное же отличие в том, что членами свиты становились не по закону (е lege), то есть при учете свободного состояния, дающего право носить оружие, а по доблести (e virtute}, то есть на основе личных достоинств того или иного воина. В какой же мере различие между комитатом, с одной стороны, и народным ополчением — с другой, сказывалось на собственно военном искусстве? Был ли здесь какой-либо качественный скачок, например в экипировке? Имелись ли специфические особенности, например в использовании лошади, что позволило бы нам взглянуть на проблему с точки зрения генезиса рыцарства? В эпоху поздней империи успехи варваров в римской армии среди прочего объясняются тем, что появилась необходимость в мобильной тяжелой кавалерии. В основном она состояла из германских наемников. Причем речь идет о восточных германцах, так называемых «степных германцах», которые благодаря контактам со скифами, сарматами и персами очень скоро овладели искусством вести бой верхом на коне, к тому же с тяжелым вооружением. Данное искусство предполагает овладение целым рядом технических приемов, наличие особого снаряжения и особенно выносливых и специально обученных лошадей. На первых порах германцы, использовавшиеся, например. Цезарем против галльской кавалерии, были, по сути дела, пехотинцами, которые применяли лошадь преимущественно в качестве транспортного средства. Причем это были западные германцы, или «лесные германцы», не владевшие искусством верховой езды. Но все изменилось с появлением на Западе готов и других народов, родственных готам либо испытавших готское влияние: вандалов, эрулов, скиров, гепидов, лангобардов. Аламанны многому от них научились. В подражание готам все эти народы считали, что сражаться верхом на коне не только более эффективно при ведении боевых действий, но и более почетно и благородно. Аламанны сели на коня позднее, последовав примеру других пришлых народов. Франки и саксы долгое время вели пеший бой и лошадей применяли как транспорт. Этот обычай был весьма распространен в силу различных причин. Главная же причина состояла в том, что преимущество кавалерии, особенно легкой, еще не стало общепризнанным и неоспоримым фактом. Готские конные воины не имели тяжелого вооружения и были уязвимы для стрел. Их атаки носили беспорядочный характер и не всегда были своевременными. Противник успевал принять контрмеры. Их лошади не были привычны к сражению, что сковывало маневренность кавалерии. И наконец, готам приходилось иметь дело с пехотой, хорошо экипированной и обученной. На Западе такая пехота вновь появится только в конце XIII в. В знаменитом сражении при Тагине византийский полководец Нарсес поставил в центр своих войск лангобардов, эрулов и других «конных варваров», но приказал им спешиться. Он опасался, что кавалерия может не устоять под натиском неприятельской пехоты и обратиться в бегство. Готская кавалерия, недостаточно обученная и недисциплинированная, не имея притом тяжелого вооружения, потерпела поражение от пехоты. Правда, пехота была экипирована таким образом,


* * *

Оглавление темы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
              Яндекс.Метрика