ФИЛИПП АРЬЕС "ЧЕЛОВЕК ПЕРЕД ЛИЦОМ СМЕРТИ" СМЕРТЬ КАК ПРОБЛЕМА ИСТОРИЧЕСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ
 
На главную
 
 
 
 
 
 
 
Предыдущая все страницы
Следующая  
ФИЛИПП АРЬЕС
"ЧЕЛОВЕК ПЕРЕД ЛИЦОМ СМЕРТИ"
СМЕРТЬ КАК ПРОБЛЕМА ИСТОРИЧЕСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ
стр. 234

Чувства эти были тем сильнее, что они не поощрялись в католической, ни протестантскими церквами.
Первоначально церковь приняла и ассимилировала привязанность живых к своим умершим и к
проявлениям культа мертвых на могилах. Места погребения украшались, как маленькие часовни,
переполненные благочестивыми предметами, крестиками, свечками, сувенирами из Лурда и других
мест паломничества. Культ мертвых казался духовенству вполне естественным для доброго
христианина, и патетические эпитафии истолковывались как свидетельства истинной веры,
составленные к тому же в стиле тогдашней религиозной литературы. Однако уже в то время некоторые
священники из самых реакционных стали тревожиться: они не без оснований подозревали за этими
слишком мирскими увлечениями деизм эпохи Просвещения, а не традиционную христианскую
ортодоксию. Отдельные епископы во второй половине XIX в. высказывались об этих эпитафиях как о
смеси нелепости с чрезмерным натурализмом.

Но надгробная риторика была слишком тесно связана с благочестивым почитанием умерших, чтобы
можно было нападать на одно, не задевая другого. Лишь в середине XX в. духовенство уже без
колебаний стало осуждать то, что раньше допускало и даже одобряло. Так, в 1962 г. в Англии суд
англиканской церкви заставил женщину 75 лет удалить с надгробия мужа слова «Навечно в моих
мыслях», а ведь эти слова слабы в сравнении с романтическим красноречием минувшего века. По
словам достопочтенного Д.С.Ричардсона, выступившего в роли прокурора, в эпоху, когда погребение
превращается в языческое игрище, церковь должна занять твердую позицию: «Мы полагаем, что
сильные выражения привязанности или скорби неуместны»[338]. Тогда же во Франции один
католический священник собрал целую коллекцию эпитафий с единственной целью — высмеять их как
новое язычество. Сентиментальность XIX в. стала предметом насмешек, в ней начали видеть маску, за
которой скрывалось буржуазное тщеславие, дух классовости. Стихийный союз XIX в. между церковью
и культом мертвых в среде мирян сегодня все чаще ставится под вопрос.

Rural cemetery

Необходимо было приспособить кладбища к новой функции: быть местом, посещаемым близкими и
друзьями усопших. При этом сложились два модели, ставшие постепенно воплощениями двух
различных культурных течений. Первая модель хорошо известна. Это кладбище Пер-Лашэз в Париже.
Построенное в начале XIX в. за тогдашней чертой города, оно было задумано как английский парк, где
прекрасные памятники утопают в зелени кустов и деревьев. Туда перенесли останки нескольких
прославленных лиц, в частности Абеляра и Элоизы. С самого начала Пер-Лашэз вместе с другими
новыми кладбищами Монмартра и Монпарнаса фигурировало во всех путеводителях как одна из
важнейших достопримечательностей французской столицы. Еще и сегодня самая старая, самая
недоступная часть кладбища Пер-Лашэз сохраняет свое романтическое очарование.

Вторая модель получила распространение в Америке после 1830 г. Воплощением ее стало кладбище
Маунт-Обёрн в штате Массачусетс. История этого менее известного кладбища хорошо изучена
американским исследователем С.Френчем[339]. Уже в первые десятилетия XIX в. американцы в Новой
Англии начали проявлять озабоченность состоянием своих кладбищ, неблагопристойным видом
погребений, опасностью эпидемий — тем же, чем были встревожены французы в XVIII в. В отличие от
Франции в США не существовало муниципальной монополии на владение кладбищами и потому
вскоре возникли частные кладбища, управляемые некоммерческими объединениями, способными
гарантировать порядок и сохранность могил.

Очень скоро забота о приличиях и о публичной гигиене сменилась стремлением превратить
местопребывание умерших в «культурный институт» (С. Френч) для живых, желающих посещать
могилы своих близких и предаваться там медитациям. В речи на открытии кладбища МаунтОбёрн в
1831 г. говорилось, что «оно может служить некоторым высочайшим устремлениям религии и
человечности. Оно может давать уроки, которые никто не откажется услышать, которые всякий
живущий должен выслушать. Оно — школа религии и философии». Кладбище учит, что смерть не
только разрушение и что «вечен цикл сотворения и разрушения».

Предыдущая Начало Следующая  
 
 

Новости

В Костромской областной детской больнице пройдет акция «Мир без слез»

Сегодня в областной детской больнице пройдет всероссийская акция «Мир без слез».

Крымские медики не справились с диспансеризацией населения

По словам вице-премьера Крыма Аллы Пашкуновой, в первом квартале 2018 года ряд медорганизаций практически не включился в работу по диспансеризации населения.

Смартфоны iPhone наконец-то получат полноценный модуль NFC

По предварительной информации новые возможности для NFC в смартфонах iPhone производитель представит на WWDC 2018.

В QIWI рассказали об участии во втором этапе ICO Telegram

Генеральный директор Qiwi, председатель Ассоциации финансовых технологий Сергей Солонин принял участие и во втором этапе ICO Telegram, проинвестировав в него большую сумму, чем на первом.

Один метр в самой дорогой квартире Москвы стоит как дешевая студия

Как корреспондент ИА «Строительство» узнал из исследования компании, площадь самой дорогой московской квартиры составляет практически 515 кв. м. Стоимость 1 кв. м лота соответствует приблизительно 2,2 млн рублей.

Крымский мост подстегнет спрос на недвижимость на полуострове

За первые три месяца года спрос на квартиры в новостройках на полуострове увеличился на 34%, подсчитали эксперты "Avito Недвижимость".

У ивановской «Ласточки» может появиться дополнительный спецвагон

Турфирмы попросили даже отдельный, дополнительный вагон в ивановской «Ласточке» специально для туристов.

Ретро-поезд откроет курортный сезон на Кавминводах

В честь открытия курортного сезона на территории Кавказских Минеральных Вод 2 июня в Кисловодске состоится запуск ретро-поезда на паровой тяге.