ФИЛИПП АРЬЕС "ЧЕЛОВЕК ПЕРЕД ЛИЦОМ СМЕРТИ" СМЕРТЬ КАК ПРОБЛЕМА ИСТОРИЧЕСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ
 
На главную
 
 
 
 
 
 
 
Предыдущая все страницы
Следующая  
ФИЛИПП АРЬЕС
"ЧЕЛОВЕК ПЕРЕД ЛИЦОМ СМЕРТИ"
СМЕРТЬ КАК ПРОБЛЕМА ИСТОРИЧЕСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ
стр. 234

Чувства эти были тем сильнее, что они не поощрялись в католической, ни протестантскими церквами.
Первоначально церковь приняла и ассимилировала привязанность живых к своим умершим и к
проявлениям культа мертвых на могилах. Места погребения украшались, как маленькие часовни,
переполненные благочестивыми предметами, крестиками, свечками, сувенирами из Лурда и других
мест паломничества. Культ мертвых казался духовенству вполне естественным для доброго
христианина, и патетические эпитафии истолковывались как свидетельства истинной веры,
составленные к тому же в стиле тогдашней религиозной литературы. Однако уже в то время некоторые
священники из самых реакционных стали тревожиться: они не без оснований подозревали за этими
слишком мирскими увлечениями деизм эпохи Просвещения, а не традиционную христианскую
ортодоксию. Отдельные епископы во второй половине XIX в. высказывались об этих эпитафиях как о
смеси нелепости с чрезмерным натурализмом.

Но надгробная риторика была слишком тесно связана с благочестивым почитанием умерших, чтобы
можно было нападать на одно, не задевая другого. Лишь в середине XX в. духовенство уже без
колебаний стало осуждать то, что раньше допускало и даже одобряло. Так, в 1962 г. в Англии суд
англиканской церкви заставил женщину 75 лет удалить с надгробия мужа слова «Навечно в моих
мыслях», а ведь эти слова слабы в сравнении с романтическим красноречием минувшего века. По
словам достопочтенного Д.С.Ричардсона, выступившего в роли прокурора, в эпоху, когда погребение
превращается в языческое игрище, церковь должна занять твердую позицию: «Мы полагаем, что
сильные выражения привязанности или скорби неуместны»[338]. Тогда же во Франции один
католический священник собрал целую коллекцию эпитафий с единственной целью — высмеять их как
новое язычество. Сентиментальность XIX в. стала предметом насмешек, в ней начали видеть маску, за
которой скрывалось буржуазное тщеславие, дух классовости. Стихийный союз XIX в. между церковью
и культом мертвых в среде мирян сегодня все чаще ставится под вопрос.

Rural cemetery

Необходимо было приспособить кладбища к новой функции: быть местом, посещаемым близкими и
друзьями усопших. При этом сложились два модели, ставшие постепенно воплощениями двух
различных культурных течений. Первая модель хорошо известна. Это кладбище Пер-Лашэз в Париже.
Построенное в начале XIX в. за тогдашней чертой города, оно было задумано как английский парк, где
прекрасные памятники утопают в зелени кустов и деревьев. Туда перенесли останки нескольких
прославленных лиц, в частности Абеляра и Элоизы. С самого начала Пер-Лашэз вместе с другими
новыми кладбищами Монмартра и Монпарнаса фигурировало во всех путеводителях как одна из
важнейших достопримечательностей французской столицы. Еще и сегодня самая старая, самая
недоступная часть кладбища Пер-Лашэз сохраняет свое романтическое очарование.

Вторая модель получила распространение в Америке после 1830 г. Воплощением ее стало кладбище
Маунт-Обёрн в штате Массачусетс. История этого менее известного кладбища хорошо изучена
американским исследователем С.Френчем[339]. Уже в первые десятилетия XIX в. американцы в Новой
Англии начали проявлять озабоченность состоянием своих кладбищ, неблагопристойным видом
погребений, опасностью эпидемий — тем же, чем были встревожены французы в XVIII в. В отличие от
Франции в США не существовало муниципальной монополии на владение кладбищами и потому
вскоре возникли частные кладбища, управляемые некоммерческими объединениями, способными
гарантировать порядок и сохранность могил.

Очень скоро забота о приличиях и о публичной гигиене сменилась стремлением превратить
местопребывание умерших в «культурный институт» (С. Френч) для живых, желающих посещать
могилы своих близких и предаваться там медитациям. В речи на открытии кладбища МаунтОбёрн в
1831 г. говорилось, что «оно может служить некоторым высочайшим устремлениям религии и
человечности. Оно может давать уроки, которые никто не откажется услышать, которые всякий
живущий должен выслушать. Оно — школа религии и философии». Кладбище учит, что смерть не
только разрушение и что «вечен цикл сотворения и разрушения».

Предыдущая Начало Следующая  
 
 

Новости

Минздрав Башкирии отказал тяжелобольной девочке в дорогих лекарствах

В городе Октябрьском жизнь 5-летней девочки оказалась под угрозой из-за равнодушия чиновников Минздрава.

Кузнецова рассказала, в каком городе самое дорогое школьное питание

Стоимость двухразового питания для детей в образовательных учреждениях РФ составляет от 45 до 160 рублей в день, самая высокая цена зафиксирована в Санкт-Петербурге и Ленинградской области, низкая — в Адыгейске.

Десять российских вузов вошли в рейтинг THE по инженерным наукам

Как отметил ректор ТПУ Петр Чубик, вуз впервые вошел в предметный рейтинг THE в области инженерного дела и технологий (Engineeringand technology), заняв позицию, близкую к топ-100.

Основатель Alibaba: искусственный интеллект не заменит человека

Искусственный интеллект не сможет полностью заменить человека, несмотря на трансформацию рынка труда и автоматизацию производств.

Размер курортного сбора в Краснодарском крае составит 10 рублей

Сбор принесет в бюджет около 270 миллионов рублей за весь 2018 год.

Иногородние студенты названы «золотым дном саратовского туризма»

Туристический потенциал Саратова может быть реализован посредством опоры на "золотое дно" нашего города - приезжих студентов.