ФИЛИПП АРЬЕС "ЧЕЛОВЕК ПЕРЕД ЛИЦОМ СМЕРТИ" СМЕРТЬ КАК ПРОБЛЕМА ИСТОРИЧЕСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ
 
На главную
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Предыдущая все страницы
Следующая  
ФИЛИПП АРЬЕС
"ЧЕЛОВЕК ПЕРЕД ЛИЦОМ СМЕРТИ"
СМЕРТЬ КАК ПРОБЛЕМА ИСТОРИЧЕСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ
стр. 246

Когда смерть прячется

Еще в начале XX в., скажем, до первой мировой войны, на всем Западе смерть одного человека
приводила в движение целую социальную группу или даже все общество — например, в пределах
деревни. В комнате умершего закрывали ставни, зажигали свечи, приносили святую воду. Дом
наполнялся соседями, родственниками, друзьями, все перешептывались с видом серьезным и
торжественным. На входной двери прикрепляли траурное извещение, заменившее собой старинный
обычай выставлять в дверях тело усопшего или его гроб. Богослужение в церкви собирало множество
людей, встававших затем в очередь, чтобы выразить свои соболезнования семье покойного. После чего
траурная процессия медленно сопровождала гроб на кладбище. Но и на этом дело не кончалось.
Период траура был заполнен визитами: семья умершего ходила на кладбище, родственники и друзья
навещали семью. Лишь постепенно жизнь входила в привычное русло, так что оставались только
посещения кладбища близкими усопшего. Смерть индивида затрагивала целую социальную группу, и
она реагировала коллективно, начиная с ближайшей родни и до более широкого круга знакомых и
подчиненных. Не тольк каждый умирал публично, но и смерть каждого становилась общественным
событием, трогавшим — ив переносном, и в буквальном смыслах — все общество.

Все изменения в отношении к смерти на протяжении тысячелетия не нарушили этой фундаментальной
картины. Связь между смертью отдельного человека и обществом оставалась нерушимой. Смерть
всегда была фактом социальным. Она и сегодня продолжает быть таковым во многих случаях, и нет
уверенности, что эта традиционная модель обречена на исчезновение. Но абсолютно всеобщей эта
модель уже не является. В течение нынешнего столетия сложился совершенно новый тип смерти,
особенно в наиболее индустриально и технически развитых и урбанизированных регионах западного
мира. И конечно, мы наблюдаем сегодня лишь первый этап в становлении новой модели.

Две ее черты бросаются в глаза любому. Первая поразительно нова и противоположна всему, что мы
видели в прошлые века: общество изгоняет смерть, если только речь не идет о выдающихся деятелях
государства. Ничто не оповещает в городе прохожих о том, что что-то произошло. Старинный черный
с серебром катафалк превратился в самый обычный лимузин, незаметный в потоке уличного движения.
Смерть больше не вносит в ритм жизни общества паузу. Человек исчезает мгновенно. В городах все
отныне происходит так, словно никто больше не умирает.

Другая черта нового отношения к смерти не менее примечательна. Разумеется, и прежде в течение
долгих веков образ смерти и восприятие ее менялись, но как медленно! Маленькие перемены
совершались столь долго, растягиваясь на целые поколения, что современники их просто не замечали.
В наше время полный переворот в нравах произошел — или кажется совершившимся — на
протяжении жизни одного поколения. В дни моей молодости женщин, носивших траур, было не видно
из-под черных вуалей и шелков. В буржуазных семьях дети, потерявшие бабушку, ходили в
фиолетовом. Моя мать после 1945 г. последние двадцать лет своей жизни носила траур по сыну,
погибшему на войне. А сегодня...

Быстрота и резкость перемен сделали их заметными. Их знают, обсуждают, о них ведут свои
исследования социологи, готовят телевизионные передачи, устраивают медицинские и юридические
дебаты. Изгнанная обществом через дверь, смерть вновь входит в окно, возвращается так же
стремительно, как и исчезла. Изменение было быстрым и Резким, это верно, но так ли недавно оно
произошло, как это кажется журналистам, социологам, всем нам, ослепленным бешеным темпом
нашего времени?

Начало

Предыдущая Начало Следующая  
 
 
 
 

Новости

Ученые: Люди после секса часто испытывают грусть

Ученые выяснили, что люди после секса испытывают грусть. Это совершенно нормально, считают специалисты, и совсем не зависит от качества полового акта. Эксперимент показал, что из всех его участниц 46% испытывали чувство подавленности и печали после секса.

Учёные создали первую за 100 лет вакцину от туберкулёза

Единственная в мире вакцина от туберкулёза была разработана в 1921 году. Сейчас учёные находятся на пороге открытия нового лекарства: первые испытания доказали свою эффективность, сообщает «Русская планета».

На панорамах «Яндекса» Мурманск больше не самый северный город

Компания «Яндекс» в 2016 году с целью создания уникальных панорамных снимков отправилась в путешествие по 34 регионам России. В результате оказалось так, что самым северным населенным пунктом страны больше не является Мурманск. Отныне это звание относится к Дудинке.

Смартфон Google Pixel 2 появился на рендерах

Осенью 2016 года состоялась презентация смартфонов Google Pixel и Pixel XL. Компания Google выпустила свои первые смартфоны со стеклянным покрытием на обеих панелях.

Донское правительство возглавило рейтинг самых открытых в России

Первое место Ростовский регион разделил с нефтегазовой Югрой. Характерно, что продвинутая администрация Томской области с 98,5 процентами оказалось на второй строчке, а Ульяновская – на третьем с коэффициентом 97,6 процентов открытости.

Ввод жилья в Томской области за 2016г снизился на треть

За январь-сентябрь прошлого года в Томской области было введено жилья на 32,7 % меньше, чем за аналогичный период 2015 года, сообщает Томскстат. По данным службы статистики, в январе-сентябре 2016 года в томской области было введено 470,2 тысячи квадратных метров жилья.

Глава Крыма пообещал, что пляжи в Крыму останутся общедоступными

Все крымские пляжи, исключая детские и лечебные, в новом курортном сезоне останутся общедоступными, об этом заявил глава РК Сергей Аксёнов. На официальной странице сети Facebook глава Крыма подвёл итоги рабочей встречи с министром курортов и туризма Крыма Сергеем Стрельбицким.

Снова в горы: что стало с курортным проектом на Северном Кавказе

Логика была примерно такая: если денег будет больше, то хватит всем наиболее сильным местным группам влияния, конкуренция за ресурсы станет не столь острой, борьба элит не будет переходить в силовую стадию и боевики не будут востребованы местными кланами.