На главную

В каталог раздела

ДЕНЬГИ В СРЕДНИЕ ВЕКА

ДОКУМЕНТЫ


Другие материалы по данной теме

Ясно, наконец, что деньги на средневековом Западе никогда не исчезали из обихода. Не только церковь и сеньоры располагали все время определенной наличностью для престижных расходов, но и сам крестьянин не мог полностью обойтись без денежных покупок: он должен был, например, покупать соль, которую ему редко удавалось обменять на другой продукт. Возможно, что крестьяне, да и вообще бедняки, добывали несколько нужных им монет скорее милостыней, чем продажей своих продуктов. Во время голода, когда особенно жестоко ощущалось отсутствие у бедняков звонкой монеты, распределение продовольствия сопровождалось раздачей денег. Так поступал фландрский граф Карл Добрый в голодном 1125 г.: «Каждодневно, во всех городах и селениях, через которые он проезжал, вокруг него теснилась толпа, и он собственноручно распределял продукты, деньги и одежду». Когда голод кончился и наступила пора нового хорошего урожая, бамбергский епископ дал каждому бедняку «одно денье и серп», орудие труда и "подъемные"».

Следует заметить, что сфера денежного хозяйства была гораздо большей, чем это кажется на первый взгляд, если принять во внимание два весьма распространенных на средневековом Западе явления: употребление сокровищ, предметов роскоши и ювелирных изделий как денежных резервов и существование других денег, кроме металлических.

Действительно, Карл Великий продал, кажется, часть своих самых драгоценных рукописей, чтобы помочь беднякам. Вот один пример из сотен: в 1197 г. некий немецкий монах встретил своего поспешно идущего собрата. «Я спросил у него, куда он бежит, и услыхал в ответ: "Менять. Накануне жатвы нам приходится забивать скот и закладывать чаши и книги, чтобы кормить бедняков. Но только что Господь послал нам человека, который дал золота, коего достаточно для покрытия наших долгов. И вот я иду менять его на деньги, дабы выкупить залоги и восстановить стада"».

Но эта форма тезаврации, которая отступает только перед нуждой, свидетельствует о слабости и негибкости денежного обращения.

Равным образом и существование неметаллических денег (бык или корова, кусок ткани и особенно перец) является бесспорным признаком архаизма, проявлением экономики, которая с трудом переходит от натуральной стадии к денежной. Впрочем, и природа металлической монеты сама долгое время оставалась архаичной. В самом деле, монета оценивалась по стоимости не как знак, но как товар; она стоила не столько, какова была ее теоретическая стоимость, написанная на лицевой или оборотной стороне (на последней вообще ничего не пишут), но столько, какова была реальная стоимость содержащегося в ней драгоценного металла. Чтобы узнать это, ее взвешивали. Как сказал Марк Блок, «монета, которую надо положить на весы, очень похожа на слиток». Лишь в самом конце ХIII в. французские легисты с трудом начали различать ее действительную стоимость (вес в золоте) и нарицательную, то есть ее трансформацию в денежный знак, инструмент обмена.

Впрочем, на каждой фазе средневековой истории денег явления, которые часто интерпретировались как признаки возрождения денег, свидетельствуют гораздо скорее о пределах денежного хозяйства.

В Раннее Средневековье увеличилось число монетных дворов. Многие исчезнувшие ныне населенные пункты (особенно в вестготской Испании), которые, несомненно, были лишь местечками, имели мастерскую, где чеканили монету. Но, как справедливо заметил Марк Блок, «главной причиной монетной раздробленности было то, что деньги мало циркулировали».

Монетная реформа Карла Великого, который ввел систему «ливр - су - денье» (1 ливр = 20 су, 1 су = 12 денье), отвечала необходимости приспособиться к упадку денежного хозяйства. Золотые монеты больше не чеканились. Ливр и су были не реальными монетами, но переводными, счетными. До ХIII в. единственной монетой, которую действительно чеканили, было серебряное денье, то есть очень маленькая единица, но вроде бы только в нем и была нужда. Однако это исключало существование еще более мелкой разменной монеты для еще более скромных обменов. Показательна реакция участников Второго крестового похода, попавших в 1147 г. на территорию Византии. «Там, - пишет Эд Дейльский, - мы впервые увидели медные и оловянные монеты. За одну из них мы, к несчастью, отдали, а вернее сказать, подарили пять денье».

Монетный ренессанс ХIII в. особенно ослепил историков возобновлением чеканки золотых монет: genos и флорина в 1252 г., экю Людовика Святого, венецианского дуката в 1284 г. Но, сколь бы значительно ни было это событие, оно - ввиду малого количества монет в обращении - является скорее симптомом, нежели экономической реальностью. Реальность же состоит в том, что чеканили серебряный грош в Венеции (1203 г.), Флоренции (около 1235 г.), во Франции (около 1265 г.), в Монпелье (1273 г.), во Фландрии (около 1275 г.), в Англии (1275 г.), в Чехии (1296 г.). На этом среднем уровне обменов находился тогда прогресс денежного хозяйства. Ибо этот прогресс реален.

Особняком стоит, быть может, пример Испании, так как близость мусульманской экономики (эмиры Кордовы не прекращали чеканку золотых монет, а с продвижением Реконкисты это продолжали делать христианские короли - например, в Толедо в 1175 г.) внесла в испанскую экономику некий элемент соблазна. Работы испанских и аргентинских медиевистов (Клаудио Санчес - Альборноц, Луис Гарсиа да Вальдевиллано, Рейна Пастор да Тогнери) показали, однако, что и там очень ясно обнаружился - с некоторым отрывом от остального христианского мира - цикл «натуральное хозяйство - денежное хозяйство». Наличие мусульманских центров производства на Юге продлило до начала ХI в. фазу повышения цен, которая совпала с концом периода денежной экономики. В ХI и в первой половине ХII в. произошло падение цен, отразившее наступление фазы натуральной экономики, после того как с предыдущей фазой завершилась «демонетизация» христианских королевств. С середины ХII в., напротив, снова развивается фаза денежной экономики.

Об этой экономической эволюции косвенно осведомляет нас также отношение к монете и к деньгам вообще. Конечно, в христианстве заключено недоверие к злату и серебру, однако редкость денег в Раннее Средневековье придала им скорее некий престиж, усиленный тем фактом, что чеканка монеты была признаком власти. Короче, деньги стали символом политической и социальной мощи в большей мере, нежели экономического могущества. Суверены чеканили золотые монеты, которые не имели экономического значения, но служили для демонстрации престижа. Сцены чеканки монет занимают изрядное место в иконографии: мы их видим в Сен-Мартен-де-Бошервиле, Сувеньи, Вормсе. Монеты и монетчики были причастны к сакральному и одновременно проклятому характеру кузнецов и вообще металлургов; это усиливалось особым очарованием драгоценных металлов. Роберт Лопес назвал монетчиков аристократией Раннего Средневековья. Аристократия - да, но скорее магическая, чем экономическая. Подъем денежного хозяйства вызывал, напротив, взрыв ненависти против денег. Действительно, начавшийся экономический, прогресс совершался к пользе определенных классов и представал, следовательно, как новый гнет. Св. Бернар Клервосский метал громы и молнии против проклятых денег. Обличалась за жадность церковь, которой эта эволюция в своем начале пошла особенно на пользу, так как благодаря платам за требы, пожертвованиям и церковной фискальной системе она накопила большие богатства и могла быстро пустить часть денег в обращение.

Жак Ле Гофф "Цивилизация Средневекового Запада"

 

 
 

®Автор проекта: Вадим Анохин   Дизайн: Templar Art Studio 2006. Техническая поддержка: Галина Росси

Данный сайт является составной частью проекта Global Folio

Новости

Заболеваемость туберкулезом в Москве снизилась на 11,5 процента

Показатели заболеваемости туберкулезом в Москве за 2018 год, по сравнению с аналогичным периодом 2017 года, снизились на 11,5 процента. Кроме того, смертность от этого заболевания стала ниже на 10,6 процента.

В России разработали новую вакцину от туберкулеза

В России разработали новую вакцину от туберкулеза для взрослых, препарат прошел доклинические исследования и первый этап клинических испытаний и показал высокую эффективность, заявила первый заместитель министра здравоохранения Татьяна Яковлева.

Sony выпустит мрачный триллер Heavy Rain в Epic Games Store

Heavy Rain разработана Quantic Dream и выпущена на PlayStation 3 в 2010 году, а в 2016-м переиздана для PlayStation 4. Что интересно, в отличие от Detroit: Become Human и Beyond: Two Souls, права на Heavy Rain принадлежат студии, а не Sony Interactive Entertainment.

«Ильюшин» показал облик салона новейшего самолета Ил-96-400М

«Ильюшин» представил возможные варианты салона самолета Ил-96-400М. Авиационный комплекс имени Ильюшина представил дизайн пассажирского салона перспективного самолета Ил-96-400М. Соответствующая информация была опубликована на официальном сайте компании.

Госструктуры увеличили присутствие на венчурном рынке в 2018 году

По ее данным, в прошлом году частные инвесторы, корпорации и венчурные фонды из России инвестировали в различные проекты более $350 млн. Как отмечают аналитики Dsight и EY, в 2018 году доля корпоративных инвестиций достигла 40% от общего объема вместо 12% в 2017 году.

За месяц цены на недвижимость в районе Печатники упали незначительно

В настоящее время стоимость квадратного метра в районе составляет 134 599 рублей

В казанском Кремле прокомментировали запуск автобусного маршрута по барам

Официальный представитель казанского Кремля Лилия Галимова прокомментировала запуск в столице Татарстана первого в России автобусного маршрута по барам. Она отметила, что такой формат отдыха доступен во многих городах Европы.

В Норвегии открылся самый большой в Европе подводный ресторан

Огромный подводный ресторан находится на глубине 5,5 метров, который спроектирован так, чтобы выдержать сильные удары волн. На южном побережье Норвегии в Линдеснесе открылся ресторан под названием Under, который находится под водой на глубине 5,5 метров.

              Яндекс.Метрика