Vox in Excelso

 

Голос на высотах

Климент (1) епископ, слуга слуг Господа на вечную память об этом событии. Голос слышен на высотах, голос рыдания, плача и траура. (2) Потому как пришло время, в кое стенает Господь устами пророка: Дом сей стал для Меня причиной ярости и негодования. Отвергну его от лица Моего за злые дела сынов его, ибо вызывают они гнев Мой, ставши ко мне спиною, а не лицем, и поставили идолов своих в доме (Моем), над которым наречено имя Мое, чтоб осквернить его. Устроили они высоты Вааловы, (3) дабы посвящать и жертвовать сынов своих идолам и демонам. Согрешили они безмерно, как во дни Гивы. (4)
Услышав сей страшный глас, и, ужаснувшись подобному бесчестью (ибо кто мог услышать подобное? Кто видел нечто подобное?), пал я, услышав его [глас], опечалился, узрев его [бесчестье], огорчилось сердце мое, и тьма объяла меня. Внимайте гласу людей из города, гласу из храма! Гласу Господа, воздающего возмездие врагам своим. И вынужден воскликнуть пророк: «Воздай им, Господи, утробой нерождающей и сухими сосцами». (5) Их нечестие будет явлено чрез злобу их. Изгони их из дома Твоего, и дай иссохнуть корням их; пусть не приносят они плода, (6) и пусть дом сей будет всякому горьким камнем преткновения или шипом уязвляющим. И впрямь велико неверие дома сего: заколающего в жертву сыновей своих, отдающего и посвящающего их демонам, а не Богу; богам (7) которых они не знали. Посему будет заброшен дом сей и станет он домом посмеяния, проклятым и пустынным, разоренным, обращенным в прах, последней из пустынь, без дорог, бесплодным из-за гнева Господа, который презрел его. Да будет необитаем, но пребудет в безлюдии; да подивятся все на него и посвищут с презрением на язвы его. (8)
Господь избрал не людей для места, но место – для людей. Посему и само место храма участвует в злобе народа: о сем и сказал ясно Господь Соломону, когда тот возвел Ему храм и был исполнен мудростью, яко рекой: «Если сыны ваши отдалятся от Меня, не следуя мне и не почитая Меня, но отворотившись, и почитая чужих богов, и поклоняясь им, отверну от них лице Свое и отдалю их от земли, что я дал им, отвергну от лица Моего храм, что освятил я именем Моим, и будет это [то, что сделал я] передаваться из уст в уста, и станет примером и притчей во языцех. Каждый, проходящий через него, увидев его, изумится и посвищет, смотря на все язвы его, и скажет: «Почему, Господи, обошелся Ты так с этим храмом и с домом этим?» И ответят: «Потому что отдалились они от Господа, Бога их, что искупил их, и последовали они за Ваалом и другими богами, и чтят их, и поклоняются им. Посему Господь сделал так, чтобы случилось с ними сие великое бедствие».

С самого восшествия нашего на папский престол, еще до того, как направились мы в Лион, где и были коронованы; (9) и впоследствии, как там, так и в других местах, из некоторых тайно нам сделанных докладов, узнали мы, что [великий] магистр, приоры (priori) и прочие братья ордена воинства Храма Иерусалимского, а также – и сам орден – те, кто были отправлены в заморские земли (10) именно для защиты наследия Господа Нашего Иисуса Христа, и как особые и главные защитники католической веры и Святой Земли, кажется, более всего заботились о том, что касалось самой Святой Земли, потому-то священная Римская церковь, обращаясь с сиими братьями и орденом с особой благосклонностью, вооружила их знамением креста против врагов Христа, возвысила их множеством почестей и даровала им различные льготы и привилегии; и именно поэтому получали они разнообразную помощь от нее [Церкви] и от всех добрых христиан, со щедрой раздачей имущества – и вот они-то согрешили против самого Господа Иисуса Христа ужасным отречением, гнусностью постыдного идолопоклонства, мерзким содомским грехом и многими другими ересями.
И коль скоро казалось неправдоподобным и не верилось, что мужи столь благочестивые, часто проливавшие кровь свою во имя Христа, и нередко подвергавшие жизнь свою смертельным опасностям и проявлявшие великие признаки набожности как в церквях, так и в постничестве и в других религиозных обрядах, оказались столь нерадивыми в деле собственного спасения, что совершили подобные чудовищные деяния, особенно – учитывая, что орден сей истоки имел добрые и святые, и милость утверждения папским престолом, и что устав его – ибо свят, достоин и праведен – заслужил одобрения все того же престола, посему не желали мы прислушаться к этим инсинуациям и доносам, вдохновленные примерами самого Господа и доктринами Священного Писания.
Но затем, дражайший наш сын во Христе Филипп, (11) прославленный король французов, которому было доложено о тех же самых преступлениях, не из алчности – и впрямь не было у него намерения претендовать на имущество тамплиеров или завладеть им, напротив – в королевстве своем он совершенно пренебрег им, далеко держась от дел сих – но, воспылав усердием к истинной вере, следуя по славным стопам своих прародителей, желая просветить и уведомить нас в этом отношении, предоставил нам через послов и письма многие самые ужасные сведения.
Слухи, порочащие тамплиеров и орден их, становились все более убедительными, и даже один воин самого ордена, принадлежащий к высшей знати, пользовавшийся в ордене немалым уважением (12), по увещеванию того, кто принимал его [в орден], и в присутствии некоторых других тамплиеров, отрекся от Христа и плюнул на Крест, что был ему поднесен тем, кто принимал его в орден. Сказал он также, что видел, как магистр тамплиеров (ныне еще здравствующий) принимал воина в заморский орден таким же образом, то есть – с отречением от Христа и плеванием на Крест в присутствии аж двухсот братьев сего ордена, и слышал он, что это – нормальный ритуал, которому следуют при принятии братьев в сей орден: то есть, по увещеванию того, кто принимает [в орден] или его уполномоченного для этой церемонии, тот, кого принимают, должен отречься от Иисуса Христа и плюнуть на Крест, что ему подносят, в знак презрения к Христу Распятому, и как тот, кто принимает, так и тот, кого принимают, совершали и другие преступные действия, несовместимые с христианской честью, в чем он сам и сознался тогда пред нами.
И так как долг повелевал нам исполнить эту нашу обязанность, нам ничего не оставалось, как прислушаться к сим многочисленным и столь тяжким обвинениям.
В конце концов, глас народа и сокрушительное свидетельство упомянутого короля, герцогов, графов, баронов и прочей знати, духовенства и народа французского королевства, что явились в наше присутствие именно с этой целью, как лично, так и посредством доверенных лиц и представителей, донесли до нашего слуха – и говорим мы это с прискорбием – что магистр, приоры и прочие братья сего ордена, и сам орден, были причастны к этим и другим преступлениям, и подтверждено это многими признаниями, свидетельствами и показаниями самого [великого] магистра (13), магистра-досмотрщика Франции (14) и многих приоров и братьев ордена пред многочисленными прелатами и инквизитором по ересям – то показания, сделанные и полученные в королевстве Франции после того, как заинтересовались ими папские власти, оформленные как государственные документы и показанные нам и нашим братьям. Кроме того, подобная репутация и эти тревожные слухи – направленные против всего ордена и отдельных его членов – стали столь настойчивы, и настолько ясно дали понять, что нельзя более пренебрегать данным положением дел, не вызвав серьезнейшего скандала, и проявлять к нему терпимость, не подвергая веру опасности, что мы, следуя по стопам того, чьи обязанности – хоть и недостойны сего – исполняем здесь, на земле, решили, что должны мы начать расследование. Посему призвали мы в наше присутствие многих приоров, священнослужителей, воинов и прочих братьев сего ордена, имеющих немалую славу; заставили мы их принять присягу, заклинали мы их с пристрастием во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, взывая к божественному суду, дабы в силу святого послушания – ибо находились они ныне в месте надежном и подобающем, где абсолютно нечего было бояться, несмотря на признания, сделанные ими перед другими, и из-за которых не желали мы, чтобы случилось что-либо с теми, кто их сделал – сказать по упомянутому вопросу чистую и простую правду. Затем допросили мы их по этому вопросу, и допросили мы их числом семьдесят два. При этом присутствовали и следили со вниманием многие братья наши кардиналы; повелели мы записать признания их в документе, заверенном нотариусом в присутствии нашем и наших братьев, а затем, через несколько дней, повелели мы зачитать их [признания] в их [тамплиеров] присутствии в Консистории, и повелели мы изложить их на простонародном языке каждому из них, и явно и добровольно подтверждая их [признания], они [тамплиеры] их одобрили в том виде, в каком были они зачитаны.
После чего, желая лично расследовать этот вопрос с великим магистром, магистром-досмотрщиком Франции и главными приорами ордена, приказали мы самому великому магистру и магистру-досмотрщику Заморья, а также – главным приорам Нормандии (15), Аквитании (16) и провинции Пуатье предстать перед нами. Находились мы тогда в Пуатье. Однако, многие из них были тогда больны и не могли ни ездить верхом, ни быть препровожденными без труда в наше присутствие. Тогда мы, желая узнать правду обо всем этом и выяснить – были ли правдивы их признания и показания, направились к инквизитору по ересям в упомянутом королевстве Франции, в присутствии нескольких государственных нотариусов и многих других честных людей, представленных нам и кардиналам самим инквизитором, и поручили и приказали сыновьям нашим возлюбленным Беренгару (Berengario) – в то время кардиналу в церкви святых Нерея и Ахилея (SS. Nereo e Achilleo), а ныне – епископу Фраскати, Стефану (Stefano) – кардиналу церкви святого Кириякоса в Термах (S. Ciriaco alle Terme), и Ландульфу (Landulfo) – кардиналу церкви Святого Ангела (Sant’Angelo), чьим осторожности, опыту и преданности мы бесконечно доверяем, чтобы они – вместе с великим магистром, магистром-досмотрщиком и приорами [провели расследование], как против отдельных членов ордена, так и против самого ордена, и попытались обнаружить истину и доложить нам – что они узнали об этом, и чтобы донесли они до нас и представили нам их признания и показания, записанные государственным нотариусом, готовые даровать самому [великому] магистру, магистру-досмотрщику и приорам милость оправдания от приговора об отлучении, которому они должны были подвергнуться по причине упомянутых преступлений, будь они признаны действительными, в случае, если бы они испросили ее [милость] смиренно и преданно, как им и подобало. Кардиналы, отправившись лично к великому магистру, магистру-досмотрщику и приорам, изложили им причину своего визита. И коль скоро люди эти и другие тамплиеры, находившиеся в королевстве Франции, были нам представлены как свободно и без страха перед кем бы то ни было восхотевшие полно и искренне рассказать всю правду сим кардиналам, они [кардиналы] приказали им [тамплиерам] и сделать это во имя апостольской власти. Тогда великий магистр, магистр-досмотрщик и приоры Нормандии, земель заморских, Аквитании и провинции Пуатье в присутствии трех кардиналов, четырех государственных нотариусов и многих других лиц, достойных уважения, принесли присягу на Святых Евангелиях, что относительно рассматриваемого вопроса скажут они чистую и полную правду; и в их [кардиналов и прочих «достойных уважения»] присутствии, по одному, свободно, добровольно, без какого бы то ни было принуждения или страха свидетельствовали они и, среди прочего, признались, что отрекались они от Христа и плевали на Крест при вступлении в Орден тамплиеров; и некоторые из них признались также и в других деяниях ужасных и постыдных, о которых сейчас умолчим. Сказали они также и признались, что все то, что содержалось в признаниях и показаниях, сделанных ими пред упомянутым инквизитором, было правдой.
Сии признания и показания великого магистра, магистра-досмотрщика и приоров, занесены были в официальный документ четырьмя государственными нотариусами, в присутствии самого [великого] магистра, магистра-досмотрщика, и приоров, и других, достойных доверия лиц, и лишь по прошествии нескольких дней были зачитаны им самим [тамплиерам], по приказу и в присутствии кардиналов, а, кроме того, – были они переведены каждому из них на его родной язык. И признали они их [признания и показания] как свои, и ясно и добровольно одобрили их в том виде, в каком они были зачитаны.
После сих признаний и показаний они – на коленях и со сложенными руками, смиренно и преданно, и с обильным слезным плачем – испросили у кардиналов оправдания их от приговора отлучения, которому они подверглись за вышеупомянутые преступления. Кардиналы – поскольку церковь никогда не закрывает лоно свое перед теми, кто возвращается, - как только [великий] магистр, магистр-досмотрщик и приоры публично отреклись от сей ереси, по повелению нашему и согласно обычной церковной процедуре, даровали им [тамплиерам] милость оправдания; затем, вернувшись в наше присутствие, предоставили они нам признания и показания [великого] магистра, магистра-досмотрщика и приоров, записанные в форме официального документа государственными лицами, как было сказано, и доложили нам о том, что было сделано с упомянутыми [великим] магистром, магистром-досмотрщиком и приорами.
Из этих признаний и показаний заключили мы, что [великий] магистр, магистр-досмотрщик земли заморской и эти приоры Нормандии, Аквитании и провинции Пуатье – хоть кто-то более, а кто-то менее – грешили тяжко. И, учитывая, что преступления столь ужасные не могли и не должны были быть оставлены безнаказанными, ибо это было бы оскорблением Богу всемогущему и всем католикам, испросив совета у братьев наших кардиналов, решили мы, что необходимо провести расследование в отношении отдельных членов сего ордена при помощи местных епархиальных епископов и других преданных и мудрых лиц, для сего назначенных, и самого ордена как такового – при помощи специально назначенных инквизиторов.
После чего, как епархиальные епископы – против отдельных членов ордена, так и инквизиторы – против целого ордена, провели расследования во всех частях света, и, наконец, предоставили их на наш суд. Из них часть была прочитана и рассмотрена со всевозможным усердием нами лично и братьями нашими кардиналами святой Римской церкви, остальные – множеством мужей ученейших, благоразумных, верных, со священной богобоязненностью в сердце, ревностных в католической вере, и практикующих – будучи как прелатами, так и не прелатами – в Малосене (Malaucene), в епархии Везон (Vaison).
После чего, прибыв во Вьенн, где уже находилось множество патриархов, (17) архиепископов, избранных епископов, аббатов освобожденных и не освобожденных, отсутствующих прелатов и капитулов (capitolo) (18), собравшихся там на Собор, нами созванный, мы, после первого заседания, проведенного упомянутыми кардиналами, прелатами, поверенными, в котором мы посчитали нужным хорошо изложить им причины созыва собора, потому как трудно, даже невозможно было, чтобы кардиналы и все прелаты и поверенные (procuratore) (19), прибывшие на настоящий собор, смогли собраться в наше присутствие, дабы обсудить – как следовало действовать в отношении проблемы с братьями упомянутого ордена, по нашему приказу из общего числа присутствующих на соборе прелатов и поверенных были единогласно избраны некоторые патриархи, архиепископы, епископы, аббаты (освобожденные и не освобожденные) и другие прелаты и поверенные со всех концов христианского мира, от всякого языка, народа и области, - из самых опытных, тактичных, подходящих для того, чтобы дать совет в подобном столь важном вопросе и решить с нами и упомянутыми кардиналами столь важную проблему.
Затем приказали мы внимательно прочитать – пред прелатами и поверенными, в течении нескольких дней, пока желали они слушать – собранные свидетельства, о которых мы уже говорили, касающиеся расследования в отношении упомянутого ордена, в помещении собора, то есть – в кафедральном соборе; и впоследствии эти самые свидетельства, и их краткие изложения, из них сделанные, были просмотрены, внимательно прочитаны и исследованы множеством почтенных кардиналов, патриархом Аквилеи, архиепископами и епископами, присутствовавшими на соборе, избранными и назначенными для этого теми, кто был избран на соборе с великим усердием и заботой.
Поэтому-то сим кардиналам, патриархам, архиепископам, епископам, аббатам (освобожденным и не освобожденным) и прочим прелатам и поверенным, избранным именно для решения сей проблемы, когда были они в нашем присутствии, был нами тайно задан вопрос: как следовало поступить с этой проблемой, коль скоро немало тамплиеров готовы были защищать собственный орден. Большинству кардиналов и почти что всему собору, то есть – тем, кто, как мы уже сказали, был избран собором, и посему представлял собой весь собор, в общем – подавляющему большинству, почти четырем пятым всех тех, что присутствовали на соборе от каждого народа, показалось несомненным – и прелаты и поверенные, коих это касалось, высказали по этому поводу свое мнение – что нужно было предоставить сему ордену право на защиту, и что он, на основании того, что было доказано на сей момент, не мог быть осужден за те ереси, в отношении которых были проведены расследования против него, иначе это было бы оскорблением Бога и нарушением права. Другие, напротив, говорили, что те братья не должны были быть допущены к защите ордена, и что мы не должны были предоставить им (такую) возможность. Если же, говорили они, позволить и предоставить возможность защищать орден, за этим последовали бы опасность для самого существования проблемы и немалый вред в деле помощи Святой Земле. И добавляли множество других причин.
И вот, правда, что на основании проведенных процессов против сего ордена, не может он быть объявлен с окончательным приговором классически еретическим; то этот же орден – по причине тех ересей, что ему приписываются – приобрел наихудшую славу. Множество его членов, среди которых и великий магистр, и магистр-досмотрщик Франции, и самые значимые приоры, чрез свои добровольные признания, сделанные по поводу этих ересей, убедились в своих ошибках и преступлениях, и, кроме того, упомянутые признания делают сей орден очень подозрительным, и это бесчестье, и это недоверие делают его прямо-таки отвратительным и ненавистным святой церкви Господней, ее прелатам, королям, христианским властелинам и прочим католикам. Кроме того, вполне возможно поверить в то, что с сего момента не найдется ни одного человека, готового вступить в сей орден, и, следовательно, он становится бесполезным церкви Господней, и продолжению предприятия в Святой Земле, для службы которому он был предназначен. Поскольку за отсрочкой решения, то есть – разрешения сего вопроса – определению и обнародованию которого было выделено нами братьям этого ордена время на сем соборе – последовала бы полнейшая потеря, уничтожение и растрата имущества Храма, которое давно уже было предложено, связано и предоставлено христианами в помощь Святой Земле и для борьбы с врагами христианской веры; учитывая, что, согласно некоторым, нужно немедленно обнародовать приговор против ордена тамплиеров за их преступления, согласно другим же, невозможно на основе уже проведенных процессов против сего ордена вынести обвинительный приговор, мы, по долгом и зрелом размышлении, имея пред глазами лишь Бога и думая исключительно о благе Святой Земли, не отклоняясь ни вправо, ни влево, порешили, что должны мы избрать путь решения и улаживания [проблемы], через который будут устранены скандалы и опасности и сохранено будет имущество в пользовании Святой Земли.
Бесчестие, подозрения, шокирующие отношения и прочее, о чем уже говорилось, все – не в пользу ордена, и, кроме того – тайное и сокрытое принятие братьев в сей орден, у многих братьев поведение, отличное от принятого, от образа жизни и обычаев других христиан, проявлявшееся особенно в том, что, принимая в орден новых членов, им предписывалось не раскрывать способ их вступления в орден и не покидать орден, вызывают подозрения против них. Кроме того, размышляя о том, что все это вызвало тяжкий скандал вокруг сего ордена, который вряд ли можно было бы замять в случае, если орден продолжит свое существование, и, учитывая опасности для веры и душ, и ужасные многочисленные проступки большей части братьев сего ордена, а также – и многие другие мотивы и причины, вынуждены мы были прибегнуть к следующим решениям. Большинство кардиналов, и, как минимум, четыре пятых тех, кто был избран от всего собора, посчитали более подходящим, выгодным и полезным для чести Господней, для сохранения христианской веры, для вспомоществования Святой Земле, и по многим другим справедливым причинам, последовать мерам апостольского престола, распустив орден и передав его имущество в пользование тем, кому оно было предназначено, позаботившись также должным образом о людях сего ордена, а не об уважении права на защиту и отсрочке решения сей проблемы. И в некоторых других случаях – хоть и не по вине братьев – Римская церковь иногда распускала ордена даже более важные, по причинам несравнимо более незначительным, чем вышеупомянутые, посему – с горечью и прискорбием – не вынося окончательного приговора, но лишь – принимая апостольские меры, мы, с одобрения святого собора, уничтожаем орден тамплиеров, устав его, его облачение и имя его абсолютным вечным декретом, навсегда строжайше запрещая, чтобы кто-либо в будущем вступал в него, принимал его облачение и носил оное, и вел себя подобно тамплиеру.
Если же кто ослушается, то подпадет он под приговор немедленного отлучения.
Что же до людей и имущества, сохраняем мы их в распоряжении нашем и апостольского престола. И распорядимся мы ими – по божественной милости и в честь Господа – во славу христианской веры и во имя процветания Святой Земли до окончания сего собора. И запрещаем мы абсолютно всем – кем бы они ни были – вмешиваться каким-либо способом в то, что касается сих людей и сего имущества, делать, вносить изменения, пытаться совершить что-либо, наносящее ущерб тому, что было нами сказано, приказываем и предписываем мы, и устанавливаем с сего момента, что будет совершенно бесполезно и тщетно, если кто-либо – сознательно или по незнанию – попытается совершить что-либо.
Тем не менее, несмотря на все это, не желаем мы отступаться от проведенных епархиальными епископами или провинциальными соборами процессов, или же от решений, принятых в отношении отдельных лиц из сих тамплиеров, согласующихся с тем, что приказали мы другими указами.

Дано во Вьенне 22 марта (1312), в седьмой год нашего понтификата


© Перевод с итальянского
Светланы Блейзизен

июнь 2007 г.
На русском языке публикуется впервые

Выражаю признательность Светлане Блейзизен
за любезное предоставление перевода порталу "Монсальват".


Примечания и комментарии:
составлены Галиной Росси

1 Климент - римский папа Клемент V (Раймон Бертран де Го), годы понтификата 1305 - 1314

2 Первая часть буллы Папы Клемента V построена на обращении к словам из книг пророков Осии и Иеремии. Клемент V не использует в своем тексте прямые цитаты из пророческих книг, а строит свое повествование, перефразируя их. Поэтому, в данном случае, подробное цитирование пророков в примечаниях не приводится, за исключением некоторых фраз, необходимых для более полного понимания текста.
"Голос слышен на высотах, голос рыдания, плача и траура" - Vox in excelso audita est lamentationis fletus et luctus здесь Клемент V обращается к словам из Книги пророка Иеремии: «Голос слышен на высотах, жалобный плач сынов Израиля о том, что они извратили путь свой, забыли Господа, Бога своего» (3:21). От первых слов булла и получила свое название

3 высоты Вааловыхрам и жертвенник Ваалу обычно устраивался на высотах (холмах) и кровлях домов. Ваал (Баал) - древнее общесемитское божество, почитавшееся в Финикии, Палестине, Сирии

4 как во дни Гивыто есть, во времена царя Саула, резиденцией которого была Гива - древний город, принадлежавший колену Вениамина. Здесь Клемент V обращается к словам из Книги пророка Осии: «Глубоко упали они, развратились, как во дни Гивы» (9:9)

5 воздай им, Господи, утробой нерождающей и сухими сосцамиздесь Клемент V обращается к словам из Книги пророка Осии: «Дай им, Господи: что Ты дашь им? дай им утробу нерождающую и сухие сосцы» (9:14)

6 и дайте иссохнуть корням их; пусть не приносят они плода - здесь Клемент V обращается к словам из Книги пророка Осии: «…иссох корень их, — не будут приносить они плода…» (9:16)

7 здесь имеются в виду боги языческие

8 Пусть каждый изумиться этому, и посвищет на все язвы его - здесь Клемент V обращается к словам из Книги пророка Иеремии: «И сделаю город сей ужасом и посмеянием; каждый, проходящий через него, изумится и посвищет, смотря на все язвы его» (19:8)

9 коронация (или интронизация) – торжественное возведение на престол вновь избранного Папы римского

10 заморские землиздесь Палестина

11 Филипп IV Красивый, король Франции (1285 -1314)

12 один воин самого ордена, принадлежащий к высшей знати, пользовавшийся в ордене немалым уважением - по словам Аддисона это, возможно, был "Носсо де Флорентен, бывший тамплиер, приговоренный Главным прецептором и капитулом Франции к пожизненному заключению за нечестивые и неправедные деяния, в заключении добровольно исповедовался в своих грехах, и его признания были использованы против ордена" (Аддисон Ч.Д. История рыцарей-тамплиеров, церкви Темпла и Темпла)

13 великий магистр - Жак де Моле

14 магистр-досмотрщик Франциив тексте на латыни он называется «magistri visitatoris Franciae», в тексте на итальянском языке он называется «visitatore» - смотритель или досмотрщик. Обычно в текстах, переведенных на русский язык, эту должность в Ордене называют «визитор», что, вероятно, является калькой с английского языка – visitor. Досмотрщик, он же визитатор (визитор) курировал деятельность прецепторий определенной территории.

15 приор Нормандии -
Жоффруа де Шарне

16 приор Аквитании -
Жоффруа де Гонневиль

17патриарховне путать с патриархами восточно-православных церквей, находящихся в орбите византийского влияния

18 капитуловздесь – поверенные от отсутствующих капитулов (коллегий)

19 поверенныхв тексте используется слово «procuratore», которое имеет значения как «поверенный» так и «прокурор»


Тексты буллы Vox in Excelso
на латыни
на итальянском
на английском

   
© Перевод с итальянского Светланы Блейзизен.
Все права защищены.
Правами на публикацию данных материалов по поручению переводчика распоряжается администрация портала "Монсальват". Любое воспроизведение данного материала в целом либо его части запрещается без согласия администрации портала "Монсальват".

 
 
 
Историко-искусствоведческий портал "Monsalvat"
© Idea and design by Galina Rossi
created at June 2003 
 
 
Проявления "духа времени"    Боги и божественные существа   Галерея   Короли и правители  Реликвариум  Сверхестественные существа    Герои и знаменитости   Генеалогии   Обновления      
 
 
              Яндекс.Метрика