Global Folio Search
использует технологию Google и предназначен для быстрого поиска книг в сотнях интернет - библиотек одновременно. Индексирует только интернет-библиотеки содержащие книги в свободном доступе
 
 
 
 
 
 
  Рассылки   Subscribe.Ru
Новости портала  "Монсальват"
 
 

Предыдущая    Начало    Следующая


Роберт Ирвин
Крестовые походы: древнейшие и новейшие стереотипы
стр. 2

 

В течение почти двух столетий крестоносцы и мусульмане жили бок о бок в Сирии, однако это не привело к взаимному пониманию. По наблюдению Эдварда Саида, "литературные источники, описывающие устрашающие завоевательные походы как мусульман, так и христианских паломников, в основном крестоносцев, создали ограниченный набор отрицательных стереотипов", на которых основывается, с одной стороны, пренебрежительное, усугубленное страхом и презрением, отношение христианского мира к средневековым мусульманам, с другой - мусульманский образ христиан. Арабские источники неизменно рисуют франков как отвратительных, грязных и похотливых животных, сам контакт с которыми оскверняет. Храм Гроба Господня почти стандартно именуется "церковью отбросов". Христианские священники, по утверждению этих источников, будто бы склоняют прихожанок к проституции. Панегирист Салах-ад-дина, Имад ад-Дин ал-Исфахани называет франков не иначе, как "мушиным роем" и "бескрылой саранчой". Что же до отношения к христианству, то неизвестный автор "Моря изысканных добродетелей" (XII в.) заявляет: "Всякий, кто верит, будто Бог мог появиться на свет из женских чресел, является совершенным безумцем; с ним не о чем разговаривать, ибо он не имеет ни разума, ни веры". В последней главе своей книги "Наследие крестовых походов" Хилленбранд приводит слова Акбара Ахмеда, видного исламского писателя, живущего в Америке:
"Память о крестовых походах сохранилась на Ближнем Востоке и окрашивает собою мусульманское восприятие Европы. Это память об агрессивной, отсталой, религиозно фанатичной стране. Такое историческое представление лишь усугубилось в XIX и XX веках, когда европейские империалисты вновь прибыли сюда, чтобы подчинить и колонизировать ближневосточные территории. К сожалению, это горькое наследие не учитывается многими европейцами, пишущими о крестовых походах".
И это абсолютно верно. Лишь немногие представители Запада осознают, какому унижению подвергли крестовые походы мусульманский мир. Отчасти это связано с тем, что почти никто в Европе не ощущает горечи от мусульманского завоевания Сирии в VII веке, или Испании в VIII веке, или Балкан на протяжении XV-XVI веков. История движется вперед. Однако, как замечает Хилленбранд, странная ирония заключается в том, что Западная Европа, проиграв крестовые сражения, все же продолжает "завоевывать мир", тогда как победившие мусульмане все еще чувствуют, что попали в подчиненное положение к Западу". Показательно, что уже в XVI веке один житель Оттоманской империи, наблюдая за европейской колонизацией Америки, с мрачной прозорливостью замечал, что это может нарушить сложившееся соотношение сил не в пользу исламского мира. Рассуждая теоретически, появление крестоносцев на Ближнем Востоке могло бы принести с собой не только опасности, но и открыть новые возможности. Однако выдающийся израильский историк Джошуа Проуер сетовал, что, несмотря на двухвековое присутствие франков "среди мусульман и греков, у которых Европе было чему поучиться", королевство крестоносцев так и не стало мостом, соединяющим греческую или арабскую культуру с Европой. Мосты пролегли по Сицилии, по Испании - но только не по Святой Земле". В значительной степени такая неспособность к посредничеству объяснялась явной культурной невосприимчивостью франков, водворившихся на востоке. Что касается Европы XI, XII и XIII веков - Европы Ансельма Кентерберийского, Аделяра Батского, Бернара Клервоского, Пьера Абеляра, Гуго Сен-Викторского, Сугерия, Оттона Фрейзингенского, Иоанна Солсберийского, Кретьена де Труа, Марии Французской, Хильдегарды Бингенской, Готфрида Страсбургского, Вольфрама фон Эшенбаха, Роджера Бэкона, Снорри Стурлусона, Леонардо Фибоначчи, Фомы Аквинского и многих других, - то ее никак нельзя счесть отсталой. (Более того, Западная Европа к этому времени уже опережала ближневосточные страны во многих важнейших областях техники и инженерного искусства.) Проблема заключалась в том, что люди, подобные Ансельму, отнюдь не стремились участвовать в крестовых походах или селиться в государствах, основанных крестоносцами. Интеллектуалы парижской выучки, как, например, архиепископ Вильгельм Тирский, весьма редко покидали европейскую ойкумену.
С другой стороны, нужно отметить, что за исключением тех случаев, когда сами франки проявляли интерес к изучению Корана или устной традиции, связанной с пророком Мухаммедом и его окружением, покоренные мусульмане едва ли могли многому их научить в XII веке. Крестоносцы завоевывали небольшие города, население которых в основном торговало мылом, кожей или стеклянными изделиями. В интеллектуальном отношении это были глухие области, далеко отстававшие от таких великих культурных центров, как Багдад или Исфахан. Наивысшего культурного подъема Сирия достигла в X веке, во время правления династии Хамданидов. Творчество знаменитых поэтов Мутанабби и Абу Таммама, философа аль-Фараби, проповедника Ибн Нубата и многих других расцветало под покровительством этой великой арабской династии. Однако уже к концу XI века сколько-нибудь значительных и оригинальных мыслителей, ученых, поэтов или историков здесь не было. Несомненно, культурному упадку способствовало, в частности, и нашествие крестоносцев, которые убивали образованных мусульман, разоряли библиотеки или увозили книги. (Известно, например, что фатимидский гарнизон, стоящий в Аскалоне, вынужден был выкупать у крестоносцев арабские книги, награбленные ими в Иерусалиме.)
Выход в свет книги Хилленбранд, безусловно, заметное событие, хотя проблему ответной реакции мусульман на приход крестоносцев впервые затронул в науке Эммануэль Сильван. Его

 

Предыдущая    Начало    Следующая

Оглавление темы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
              Яндекс.Метрика